Склонив голову набок, он спросил:

– Но зачем?

Вероника, скрестив руки на груди, нервно забарабанила пальцами по локтям и раздраженно поинтересовалась:

– Разве Джастин тебе не говорил?

– Что именно? – сощурившись, уточнил Себастьян.

Она расправила плечи и неловко переступила с ноги на ногу.

– Мы так и не сообщили деду, что ты и я… – Она осеклась и умолкла: не хватило духу продолжить.

– Что ты обвинила меня в неверности и не пожелала выслушать правду? – с усмешкой закончил Себастьян.

Вероника повернулась на каблуках и протянула руку к дверной ручке.

– Не вижу смысла опять поднимать эту навязшую в зубах тему! Если ты решил только поспорить со мной, я ухожу. По этому вопросу мы, кажется, уже сказали друг другу все что могли.

– Подожди!

Вероника застыла. По-прежнему не поворачиваясь к нему лицом, на миг прикрыла глаза и вознесла краткую благодарственную молитву за то, что Себастьян ее остановил: уйди она сейчас – и все пошло бы прахом.

Рука ее соскользнула с дверной ручки. Старательно сохраняя бесстрастное выражение лица, Вероника повернулась к мужу.

Себастьян смотрел на нее с таким же непроницаемым лицом, когда ответил он ровным голосом:

– Согласен. Несомненно, мы сказали друг другу все, что требовалось. Но объясни, почему ты не рассказала своему деду о… о нас?

Вероника отвернулась и наткнулась взглядом на кресло. Тут же пришло отчетливое воспоминание о том, как одной умопомрачительной ночью они любили друг друга до изнеможения прямо на этом кресле. Невыносимо было сознавать, что даже сейчас, когда этот человек стал ей ненавистен, Вероника не отказалась бы повторить. Полуголый Себастьян вызывает у нее телесные реакции, противостоять которым не получается. В конце концов, она всего лишь слабая женщина, и ей трудно, к несчастью, противостоять такому мужчине.

Она откашлялась и, по-прежнему глядя в сторону, заговорила:

– Тогда он уже был слаб здоровьем, вот мама и решила, что лучше не расстраивать его такими… новостями.

Ну слава богу: наконец-то ей удалось договорить и выразить свои мысли связно.

– Значит, твой дед не знает, что мы живем раздельно? – Себастьян покачал головой и сухо, невесело усмехнулся.

– Именно так.

Не в силах удержаться, Вероника вновь окинула его взглядом с ног до головы, а затем поспешно опустила глаза и принялась щипать оборку своей мантильи. Почему же здесь так жарко?

– Так вот в чем дело! – расплылся в широкой улыбке Себастьян. – Хочешь, чтобы я поехал на Рождество в Уитмор и сделал вид, что мы по-прежнему любим друг друга?

– Нет!

Ответ слетел с губ со скоростью пули. Себастьян, разумеется, был прав, но его слова словно резанули Веронику по сердцу. – особенно одно: «по-прежнему».