— Зачем? Я не соглашалась выходить за вас! Ой…

Опускает глаза.

На платье, как и прошлый раз по футболке, расползается мокрое пятно.

— Молоко… Это от нервов, — сжимает грудь.

— Иди ко мне…

Сгребаю ее растерянную и прижимаю к себе. Втыкаюсь носом в пушистою макушку. Вдыхаю… Да, вот так хорошо. Укрываю ее дрожащие плечи пиджаком.

— Я в ресторане нажестил, не разобравшись, — говорю хрипло, ломая себя. Сложно просить прощения. — Хотел тебе предложение сделать. А ты: «хочу уйти». Меня и перекрыло. Ты вообще понимаешь, женщина?! — Усмехаюсь. — Я тебе сегодня пол дня кольцо это покупал!

Достаю его из кармана уже без коробки. Беру Катину руку и надеваю золотой ободок на безымянный палец. Бриллиант вспыхивает в свете фонаря.

— Ты не пленница в моем доме. Ты — желанная, поверь, зверски желанная женщина. Я даже сейчас тебя хочу… — касаюсь ее торчащего из-под намокшего платья соска и сжимаю.

— Ну что вы… — дергается девчонка поднимая на меня одновременно возмущённый и растерянный взгляд. — Люди смотрят.

— Ты — мама, — продолжаю. — Я впишу тебя в свидетельство о рождении Демьяна. Чтобы у тебя было на него все права. Да? — Немного поддавливаю ее на правильный ответ.

Она хочет. Знаю. И что я ей небезразличен, иначе не трахалась бы со мной так горячо в ресторане. В горло бы вцепилась, но не далась.

— Да! — Выкрикивает Катя, сжав кулачки и лупит меня ими по груди. — Вы! Ты! Тимур Сабирович, чертов манипулятор! Вообще не удивлюсь, если это вы спалили дачу, чтобы не оставить мне выбора!

— Хорошая идея, — киваю и ухмыляюсь. — Но нет. Я бы так сделал в том случае, погоди, как ты там сказала? «Если бы считал себя на столько мерзким, чтобы со мной жить добровольно?» Нет, не считаю. А ещё, Катя, ты никогда не была заперта. Будь уж честной. После того, что ты для меня сделала, я бы никогда тебя не тронул…

— А когда вступают в силу права будущей жены? — Отстраняясь, прищуривается Катя. — Уже?

— Хм, — не понимаю, к чему она клонит, — уже вступили…

Мне прилетает по щеке смачная пощёчина. Не успеваю ее перехватить и чувствую, что об зубы даже лопается губа.

— Не понял!? — Хватаю девчонку за предплечья, вскипая. — Это за что?

— Вы же умный, Тимур Сабитович, сами должны понять. Вон как все, что я могла разложили… — играет в воздухе пальчиками.

Выдыхаю, сдерживая улыбку. Ладно.

— Своеобразное «да», — рычу, притягивая девчонку к себе. — Но принимается.

Наматываю ее волосы на кулак, заставляя откинуть голову и открыть мне шею.

— Что вы собираетесь делать? — Опасливо застыв, часто дышит Катя.

— Реагировать, как должен муж…

Впиваюсь в нежную шею за ушком. Катя, попискивая, чуть оседает в моих руках. Вкусная девочка.

Нахожу ее губы и целую. Сердце колотится в рёбра. Нормально все у нас будет… Я для них с сыном горы сверну.