Женщины не успели убрать…

— Ладно, — прерываю его, — куда их поселили?

Ринат морщится и кивает вглубь дома.

— В мужскую гостевую…

— В мужскую гостевую? — С переспрашиваю со вскипающей угрозой.

— Ты сам понимаешь, Роза решает…

— Ребёнка! — Рявкаю, — Она поселила в спальню, где грязные, прокуренные мужики приходят в себя после попойки?

— Там все чисто, я проверил, — теряется Ринат, — и комнаты верхние заняты…

— Заткнись и не беси меня сейчас ещё сильнее, — понимая, что парень действительно сделал в этой ситуации максимум, сжимаю кулаки и уверенно направляюсь в сторону местного вытрезвителя. Сам как-то, когда перебрали с Захаром, ночевал в ней.

Сердце ускоряет темп, потому что сейчас я увижу сына. И, черт, красивую женщину в постели. Эта мысль будоражит. Распахиваю дверь без стука, делаю шаг и торможу, словно вырезаясь в стену, потому что картинка, которую я вижу, превосходит все возможные в моей голове.

Катя кормит грудью Демьяна. Своей красивой грудью моего сына.

Меня обдаёт волной странных, незнакомых ощущений от мгновенного возбуждения до щемящей нежности такой силы, что я опираюсь рукой на косяк.

Мы встречаемся с Катей взглядами. Я вижу, как меняются ее эмоции от шока к смущению, злости, а после, когда Демьян начинает плакать, к отчаянию.

— Ему плохо, мне кажется, что температура. Нам нужно в больницу. Сделайте, мать вашу, уже хоть что-нибудь или не впутывайте меня! — Взрывается. Я слышу в ее голосе слёзы.

Оборачиваюсь на стоящего за спиной Рината. Мне самому становится не по себе.

— Охрану всю собери и выстави по трассе до областной.

Глава 11

Катя

В машине меня прорывает. Становится просто наплевать на угрозы про лишение свободы, чьи-то регалии или статусы. Я выговариваю достопочтенному Тимуру Сабитовичу, какой он му… недостойный человек, да. Что таким, как он, детей вообще иметь запрещено! Потому что ребёнок — это не игрушка. У него чувства уже сейчас есть! И сверху в красках добавляю все, что нам пришлось пережить за то время, пока он решал свои взрослые проблемы. Серьёзные! Не то, что наши!

— Вы попробуйте сутки не есть и не пить, — продолжаю я добивать мужские уши, — как вы будете себя чувствовать? Хорошо?

— Нет, — получаю я односложный, сухой ответ на свой долгий эмоциональный монолог. И меня он не устраивает!

— Это все, что вы можете сказать? — Психую.

Тимур поворачивается ко мне, смеряя хмурым взглядом.

— Да, это все.

Фыркнув, отворачиваюсь от него к окну. О чем с этим чудовищем в костюме вообще можно говорить!?

Демьян периодически всхлипывает у меня на руках. В люльке лежать отказался категорически. Я трогаю губами его лоб. Не пойму- то ли накричался, то ли правда температура есть…

На парковке детской областной аншлаг.