— Чем я могу тебе помочь?

Едва разлепив спекшиеся губы, Ниэль шепотом произнес, с трудом выдыхая каждое слово:

— По-будь… со… мной…

Девушка отсранилась и присела рядом с Ниэлем, уложив его голову на свои колени. Ниэль не сопротивлялся, и свалился бы кулем на землю, если бы не поддержка Нилы.

Девушка, нервно закусив губу, гладила мужчину, ничуть не напоминавшего всем своим изможденным и внезапно постаревшим видом прекрасного юношу, по волосам.

«Что же делать? Что же мне делать?» — Нила мерно раскачивалась, пытаясь успокоить разбушевавшиеся эмоции. Если Ниэль сейчас не поможет ей с магическими формулами, то шанса их узнать утром у нее уже не будет.

В таком состоянии он днем точно не сможет проникнуть в ее кратковременные сны, а к обеду они уже должны достичь развалин.

«Что же делать?» — Нила не переставала непрерывно смотреть на воду, раскачиваться и задавать себе один и тот же вопрос, не находя на него ответа.

И, не ожидая прикосновений, она содрогнулась всем телом и едва не вскрикнула от испуга, когда ее руку, на голове Ниэля, накрыла чужая рука.

Но это оказался всего лишь Ниэль.

— Подожди немного… — Шепот его был едва различим в звонком журчании воды.

 — Я тебе передам формулу…

— Ну, конечно, а потом что от тебя останется?! — С истеричным смехом воскликнула девушка, прижимая холодную ладонь мужчины к своей теплой щеке. — Я не хочу пройти такой длинный и опасный путь только для того, чтобы в стазисе обнаружить твой труп! Ну, неужели я не могу тебе ничем помочь? Я же целитель, в конце концов!

— Моя маленькая глупая человечка… — Кончики почти синих губ Ниэля приподнялись в едва уловимой усмешке. — Мы сейчас практически в моем воображении, здесь нет ничего реального.

Крошечный пятачок окружающей, якобы действительности, заложенный тем, кто накладывает заклятие. И мой образ, изменения которого соответствуют физическому состоянию. И лишь отголоски наших аур взаимодействуют… Это долго объяснять. Посиди рядом со мной… Мне скоро станет легче и тогда я тебя отпущу.

Во время всей своей речи Ниэль с трудом шевелил губами и даже не открывал глаз. Его рука, тяжелая от одолевшей мужчину слабости, удерживалась около лица Нилы исключительно ее усилиями.

Девушка все прижимала к своей щеке его ладонь и смотрела на бледное лицо мужчины.

Она не шевелилась, боясь причинить Ниэлю хоть малейшее неудобство. И вглядывалась, всматривалась в его лицо, ища малейшие изменения. Она страшилась самого худшего. Таким Ниэля Нила ни разу не видела и не слышала подобной усталости в его голосе.

Нила не знала сколько времени прошло, иногда ей казалось, что она слышит голоса мужей, но, встряхнувшись, понимала, — ее окружает все та же тишина, что обычно сопровождала ее при посещении этого странного мирка.