— Можешь в этом даже не сомневаться… — Таким же слабым голосом, каким недавно разговаривал и сам Ниэль, произнесла девушка.

И… Ничего не произошло.

Улыбка девушки, которая возникла сама собой на ее губах, увяла…

Она ожидала магического всплеска, жжения на месте возникновения татуировки, сплетения аур. Но ничего не происходило.

Ниэль же, напротив, начал улыбаться и его губы растягивались в улыбке все больше и больше, обнажая жемчужно-белые зубы.

— Н-н-ничего… — Губы Нилы задрожали и она с такой обидой посмотрела на веселье Ниэля, что тот сразу постарался принять более серьезный вид.

— Ты забыла, что мы не в реальности. Проснешься и все поймешь сама… — Мужчина подвинулся ближе к все еще обиженной и недоумевающей девушке. — Приготовься.

Ниэль, чьи глаза оставались черными, поймал взгляд Нилы, обращенный на него. И она почувствовала, как, и без того не существующая, реальность стала искажаться. Руки Ниэля становились все более бесплотными, все окружающее пространство заволакивало туманом, а в голове роились и роились магические формулы. Она пыталась закричать, но не смогла выдавить из себя ни звука.

Она во все глаза смотрела, как Ниэль снова становится белым, как мел и падает около большого камня, но уже не на ее колени, Нила отдалялась и отдалялась, отчаянно сопротивляясь, пытаясь вернуться…

— Ниэ-э-эль! — Крик, полный горечи, отчаянный, тоскливый тонким лезвием прошелся по сердцам присутствующих. Когда момент пореза не чувствуешь, но спустя секунду он начинает жечь. Больно. Неприятно.

Мужчины на поляне застыли в тех позах, в которых их застал этот крик. Побросав все, они бросились к ложу Нилы. Рядом с ней сидела Дельфина и обнимала заходящуюся в слезах Нилу, прижимая к себе и убаюкивая.

— Это сон, это всего лишь сон… — Приговаривала она успокаивающим голосом и гладила Нилу по голове.

— Это не сон… Это не сон… — Нила, вцепившись в плечи Дельфины, продолжала рыдать, — Ниэль…

— Т-с-с-с… — Большие горячие руки мягко отодвинули Дельфину и слегка встряхнули Нилу, заставляя взглянуть на их владельца. Нила икнула и подняла глаза. Под влиянием тепла знакомых ладоней она стала быстро успокаиваться.

Третий Советник внимательно разглядывал девушку, стараясь уловить хоть малейший признак истерики, но от нее не осталось и следов.

Напротив, едва девушка начала успокаиваться, сразу же на лице ее проступила напряженная работа мысли."

"— Нам надо ехать. Срочно. Мы можем еще успеть… — Девушка вскочила и начала быстро собирать свои вещи, включая одеяло, на котором спала.

Бросить свое занятие ее заставила тишина и внимательные взгляды окружающих. Никто не шевелился, никто ничего не говорил. Все внимательно наблюдали за суетой Нилы.