— Не знаю, но это наш ужин, — честно ответила я.

— Значит, свиданию быть! А за вещи не переживай, сейчас затопим печь посильнее огняшками и высохнет. А пока я принесу тебе пару своих длинных туник, и проблема будет решена.

— И таз большой и глубокий тоже найти, пожалуйста, — выдохнула я.

Зачерпнув деревянной ложечкой это сомнительное варево, попробовала.

На зубах заскрипел песок.

— Это кошмар, Хаул, но обижать нельзя. Что делать будем? — прошептала я. — Задела я Дрюньку сегодня за живое, он и расстарался на свой манер ради меня.

— Значит, будем есть, — уныло заявил мой храмовник.

 — Таз тебе зачем?

— Для Клац-клаца, — пробурчала я.

— Даже спрашивать не хочу, кто такой Клац-клац, — засмеялся Хаул. — Сейчас мы выкрутимся с этим… я даже определить не могу, что это.

— По вкусу — кусок земли, — честно призналась я.

Дождавшись пока дракончик скроется в ванной, Хаул с казанком скрылся в ближайшей тени. Я же еще раз вздохнула и пошла собирать свое нижнее бельё. Но тут же поняла, что у меня новая проблема. Даже стоя на стуле, я не доставала до веревок. Потолок-то был высокий, а мой дракон крылатый.

Махнув на все рукой, я спрыгнула на пол.

Ну и пусть висит. Бельё у меня красивое, стыдиться мне нечего. В ванной комнате активно продолжалась стирка. Дрюня бурчал и чего-то высказывал элементалю. Этого проклятущего краба, из-за которого, собственно, и начался весь кипиш с потопом плавно перетекший в масштабные постирушки, тоже нигде видно не было. Видимо, морской гад теперь находится под строгим драконьим присмотром.

Да, дела! Знала бы я, во что выльется моя фраза: ""высуши вещи"", молчала бы рыбой. Это же додумался! Ну, Дрюня, ну помощничек.

Пока я сокрушалась по поводу оказанной мне помощи в хозяйственных работах, незаметно появился Хаул. Я услышала его только, когда дзинькнул казанок, который мужчина поставил на печь. Храмовник выглядел очень довольным. Сразу стало понятно — пакость кому-то сделал. Тихо подойдя к нему, я взглянула на наш ужин.

И намека на тот ком земли, что был тут прежде, не было. Но вот казан вроде мой.

— Уж ты, — я вдохнула аромат свежеприготовленного жаркого с крупными кусочками мяса, — а где драконье варево?

Хаул гордо хмыкнул и самым серьезным тоном выдал:

— Оставил нашим профессорам — аристократам.

Пусть полакомятся, — я приподняла бровь, на что мой темный страшный жнец, который собиратель душ на поле брани, расплылся в зловредной улыбке.

— И не боишься, что тебя поймают? — не удержалась от нотаций. — Позору будет, если храмовника бога смерти застукают за похищением казана с картошкой.

Хаул своими проказами меня поражал. Додумался же на промысел в столовую бегать.

— Нет, как ты и сказала, я представитель храма Тагрунса.