Это тяжело осознавать.

Где-то недалеко загалдела стайка птиц. Покрутив головой, я не нашла, откуда доносится гвалт.

— Могилы нужны живым, милая моя. Они для нас. А мертвым уже не важно: будут ли на их могилах расти сорняки или нет. Их души ушли в иные измерения. Тело всего лишь оболочка. Так что не переживай. Главное, храни память о близких в сердце и их душам будет легче уйти на перерождение.

Слова Хаула немного задели меня.

— Ты так просто об этом рассуждаешь!

— Я некромант, Ирина. Кому, как не мне, об этом знать. Могилы для живых, мы приходим туда, чтобы вновь ощутить себя рядом с близкими и любимыми.

Это нужно нам, но не душам. У них впереди новая жизнь.

После его слов мне стало чуточку легче.

Поднимаясь к себе в комнату, я вспомнила, какой там сегодня был беспорядок, и мысленно приготовилась к очередному сюрпризу от своего дракоши. И Дрюня меня не разочаровал!

Войдя в комнату, я встала как вкопанная.

— Не понял, — Хаул криво усмехнулся. — Это что за постирушки такие мировые?

— Дрюня! — взвыла я сиреной. — Это что такое?

Дракошечка тут же показался из ванной комнаты с охапкой постиранных вещей.

Моих вещей! Я подняла руки и беспомощно указала на веревки, протянутые через всю комнату. Их было столько, что казалось, паутину кто-то сплел. Но это не главное. На них висели мои кофточки, блузки, брюки, джинсы, носки и, как вишенка на торте, прямо в центре комнаты моё нижнее бельё! Все! Вот как на показ.

Дрюня, молча, с важным видом прошагал до пустующей веревки и, неуклюже взлетев, медленно махая травмированным крылом, принялся развешивать остатки моего гардероба.

— Дрюня, а хоть что-нибудь сухим ты оставил. Мне сейчас во что переодеваться?

Кажется, до дракончика кое-что стало доходить.

Он внимательно осмотрелся, прошагал в дальний конец комнаты, где были раскиданы вещи из багажника, и, вывернув пустые сумки, просто развел лапками. Немного подумал и зорко глянул на Хаула."

"— Если он собирается то же самое проделать и с моим гардеробом, то я против, — рассмеялся он.

— Хаул, у нас свидание накрылось медным тазом, а тебе смешно. Мне же теперь переодеться не во что, а идти в том, что на мне сейчас, я отказываюсь.

Мой храмовник вмиг стал серьёзней. Еще раз оценив всю мощь заботы и хозяйственности моего Дрюни, только покачал головой.

— Ну, удружил чешуйчатый. Это я тебе припомню, — проворчал жнец.

— Во что мне теперь переодеться? Это же всё за день не высохнет. Тут же влажность сумасшедшая. Ну, Дрюня, ну спасибо, дорогой!

— Дрюня хороший, — заявил мой ""золушек"". — Дрюня жрать сделала.

После этого заявления я подвисла.

— У нас еще что-то случилось? Это не все сюрпризы? — правильно понял моё состояние Хаул.

Пройдясь до печи, я заглянула в казанок.

— А это съестное? — тихо просил Хаул.