Я вновь начинаю придумывать себе историю.

– Я приглашаю вас с сыном к нам в гости. Ты ведь была уже на нашей даче? Приезжала к отцу, когда готовилась к защите диплома. Мама помнит тебя и ждёт. Замучила меня своими настойчивыми приглашениями, – заговорил Ярослав, отступая от меня на шажочек и придерживая под руку на скользкой плитке.

– Да я была в доме. Недолго. Несколько раз. Но я хорошо помню твою маму. Очень домашняя и милая женщина. Она кормила меня пирожками с курицей, – улыбнулась я своим воспоминаниям.

Жена сухого и желчного Игнатьева на удивление оказалась милой и домашней. Полноватая уютная женщина улыбалась мне глазами и переживала, что я голодна. И очень заразительно смеялась, заряжая всех своим весельем и доброжелательностью.

Игнатьев рядом со своей женой преображался. Становился ироничным. Шутил. И улыбался всякий раз, когда встречался глазами со своей Софушкой, Софьей Леонидовной.

– Поехали в эти выходные? – предложил Ярослав, – мама будет рада.

– А поехали! – махнула я рукой.

Мы дошли до лаборатории, и я занялась оставленными делами. Сосредоточилась на работе, полностью отключившись от реальности.

Нужно свести воедино огромный пласт проведённой работы. Отсортировать и распределить данные.

Хорошо, что я в своё время уже работала с подобными задачами. Мне это было не то, чтобы легко, нет, не легко, но знакомо. И знакомая работа систематизировала мои эмоции тоже. Успокаивала.

Через два часа я вышла на крыльцо уже абсолютно с другим настроением.

– Пройдёмся? – спросил Ярослав.

– С удовольствием! – ответила я и со всей возможной скоростью понеслась к реке.

Подсвеченная апельсиновыми фонарями Бережковская набережная напротив нас казалась близкой и сказочной. А бело-красные трубы ТЭЦ словно рождественские леденцы подпирали небо. Вдали подсветкой отблесками виднелись башни Москва-Сити. Сюрреалистичным нереальным видением.

Скамейки, клумбы, деревца, гранитный парапет, всё в тонкой корочке льда отражало бесчисленные фонари и огни проезжающих машин.

Почти чёрная холодная вода реки масляно медленно текла равнодушно мимо нас.

– Я завтра встречусь с адвокатом, и он мне подробно всё расскажет. Но предварительно, как я поняла, мы выиграли очень хорошо. То, что Владислав стал козырять своими деньгами, сыграло с ним плохую шутку. Алименты назначили зверские! – рассказывала я, быстрым шагом преодолевая проезжую часть, чтобы подойти к парапету набережной.

– Я разведена, и сын будет жить со мной! – прокричала я над водой.

Мимо проезжала какая-то молодёжь на машине, и в приоткрытые окна раздавалась на всю улицу латиноамериканская мелодия. Что-то в стиле румбы.

И мы с Яром, не сговариваясь, сделали первый, длинный и плавный шаг друг навстречу другу.

Шаг, шаг, поворот. Прогиб. Шаг.