Предположения не подтвердились: среди галдящей между столиками толпы Велара не оказалось. Поручив заботу о Милоше подчинённым, дьяволица вернулась в пустую квартиру, где оставила брата, перед тем как найти записку.

Стоило открыть дверь, и она поняла: случилось непоправимое. Комната была разгромлена. На полу среди осколков стекла сидел Велар и баюкал на коленях безжизненно обмякшее тело Евы. Без поддержки голова девушки соскальзывала с демонической груди и безвольно свешивалась набок. Рана на виске запеклась пугающей чёрной коркой.

— Что… что здесь произошло?

Велар медленно повернулся, вскинув на сестру больные глаза, и Махаллат ахнула: по щекам её всегда такого сильного брата безостановочно текли слёзы. Левую бровь пересекал глубокий порез. Не затянулся, значит останется шрам. Велар наклонился и с болезненной осторожностью коснулся губами слипшихся от крови волос. Удобнее устроил бездыханное тело в объятиях и снова принялся раскачиваться из стороны в сторону.

— Маир всё ей рассказала. Про родителей. И дала это, — демон кивнул в сторону кинжала, сверкающего среди осколков стекла.

Махаллат скривилась:

— Это же…

— Да."

"Надо было как-то нарушить молчание, рассказать о послании, оставленном в кабинете Молоха. Сейчас это было важнее душевных терзаний. Даже терзаний ее любимого брата. Не известно, сколько времени у них в запасе. Махаллат вздохнула, но, глядя, как дрожащий демон баюкает на руках мёртвую жену, не смогла заставить себя заговорить. Попытаться утешить. Было страшно пошевелиться: малейшее движение могло сломать хрупкую плотину демонического самоконтроля, выпустив наружу ярость и боль. Если сейчас Велар начнёт бросаться на стены, она этого не выдержит. Что… что, бездна побери, ей делать? Какие слова найти?

— Вел, я… мне так жаль.

Теперь и её собственные щёки сделались непривычно влажными. В последний раз она плакала… тогда же, когда и Велар, — провожая в последний путь их мать.

Демон дёрнул уголком губ:

— Ты ведь понимаешь, что это значит?

Махаллат понимала. Внезапно она почувствовала себя невероятно старой, древнее самой вселенной. Никто не знал, куда отправилась душа Евы, и смогла ли переродиться. Учитывая обстоятельства, велика вероятность, что она потерялась в хаосе разрушающихся реальностей. Растворилась. Исчезла.

— Погибшие в Верхнем мире примыкают к ним…

— Их нет. Они мертвы. Ты сама видела.

Велар нежно гладил жену по слипшимся от крови волосам. Нужно было отбросить эмоции и всё ему рассказать.

— Я знаю, куда ушли жнецы. Молох оставил послание на случай, если кто-то будет искать убежище в Крепости. И не только послание, но и открытый портал.

Велар не выглядел заинтересованным. О Тьма, необходимо было до него достучаться!

— Вел, прошу, соберись.