— Если я случайно убью мутировавших людей, меня не арестуют?

На его вопрос Михалыч лишь хрипло рассмеялся.

— Холод, времена изменились, гуманистов уже сожрали, — пояснил он. — Чем больше завалишь их, тем лучше.

«Значит метро — это неплохой вариант для прокачки, — подумал Игнат. — Надо будет собрать больше информации».

Пока он разговаривал, подъехало еще подкрепление, а также скорая. Благо, в отличие от прошлых времен, никаких вопросов к Игнату не возникло. Как и сказал Михалыч, всем было плевать, что он убил человека, хоть и мутировавшего. Игната даже подвезли до его общежития.

— Ладно, давайте, мужики, — Игнат вышел из бронированного спецавтомобиля. — Спасибо вам.

— Тебе спасибо, — кивнул Михалыч. — Ты кстати это, че сейчас в Москве будешь делать?

— Не знаю еще, — пожал плечами Игнат. — Как распределят.

— Давай к нам, — предложил ему новый знакомый. — У нас, как видишь, горячо, но ты вроде не из тех, кто ищет поспокойнее.

— Слушай, — Кедров задержался, решив воспользоваться моментом и разузнать об обстановке. — А че вообще в Москве творится в плане сил?

— Ну а че, — пожал плечами Михалыч. — Все нормально, все при деле.

Но порасспросив его, Игнат узнал, что на самом деле все не так просто. Случилась какая-то раздробленность, и фактически такие службы как ФСБ, Росгвардия, ОВД и другие словно бы оказались сами по себе. Они разделили обязанности и «кормушку», а Кремль скорее просил их, чем отдавал приказы.

— Как тряхнуло город и твари полезли, — сказал Михалыч. — Они ж там все зассали, пидарасы, и заныкались по бункерам.

— Ага, ага, — кивнул сидящий рядом военный, — А мы тут без связи, без нихера разбирались на свой страх и риск.

— А потом, как другие вывезли ситуацию, — продолжил Михалыч. — Вылезли обратно, ур-роды. Вот только кто их теперь слушать будет?

Если то, что сказал Михалыч, было правдой, то деятели Кремля подорвали к себе доверие. Пока их не было, силовики сами разделили освободившуюся власть и отдавать ее обратно явно не собирались."

"Сейчас все оказались в довольно странной ситуации. Кремль снова был и вроде как действовал. Вот только власть его скатилась с реальной в иллюзорную. Политики просто утратили моральное право распоряжаться. Как эта зависшая ситуация решится, было неизвестно.

Узнав информацию, Игнат, наконец, распрощался с новыми знакомыми и отправился к проходной. Голова его была переполнена полученной за день информацией и впечатлениями.

«Москва — что чертов слоеный пирог, — подумал он. — И как мне здесь пристроиться, пока непонятно».

То, что ни к чему хорошему эта раздробленность не приведет, он понимал. Но кто такой Игнат чтобы вмешиваться в дела подобного уровня?

Одолеваемый раздумьями, он миновал проходную. Уже поднимаясь по лестнице, хаосит услышал наверху разговоры.