Когда я доковылял до огневой позиции, Кешка сидел возле костерка спиной ко мне и как обычно травил баланду, но разговаривал как-то подозрительно громко, невпопад отвечая на вопросы собеседников. — Вот же сучёнок… Живой!!! — Пришла мне в голову первая мысль. — Но как… Почему не помог? Что с ним случилось?.. — Галопом пронеслись остальные. А вот сейчас и узнаем. Подхожу ближе. Бойцы, сидящие ко мне лицом, начинают смотреть на меня как на привидение, «креститься и плеваться через левое плечо». Заметив странную реакцию собеседников, Кешка обернулся, увидел меня, поднялся и побежал навстречу.

— К-Коля! Живой⁈ — Радостно закричал он, разводя руки в стороны и со слезами на глазах, обнимая меня. — А я д-думал, н-не свидимся б-больше… — Заикаясь, продолжил он. — Т-Ты как уцелел в т-той мясорубке? Г-говори г-громче. Я п-плохо слышу. Т-ты п-прости меня. А й-а как т-твою к-команду услышал, сразу у-упал. П-повезло, впереди б-угорок ок-казался. Пули м-меня н-незадели, зато мина прямо за к-кочкой рванула. Д-дальше не помню н-ничего. Очнулся, замёрз, п-пополз взад-пятки, в-вокруг т-тишина, только р-ракеты светят. В-взлетит, я з-амираю, погаснет, п-ползу дальше. Так по своим с-следам и д-дополз до первых д-деревьев, а потом п-поднялся на ноги и д-альше пошёл. — Всё так же заикаясь, путаясь и повторяясь через слово, говорил Кешка, пытаясь сфокусировать на мне свой взгляд и свести глаза в кучу. Меня он почти не слышал, поэтому веду его к костру, присаживаемся рядом на лапник, достаю из нагрудного кармана гимнастёрки блокнот, огрызок карандаша и пишу крупными буквами: РОТНЫЙ РАНЕН, Я ЕГО ВЫТАЩИЛ И ОТПРАВИЛ В САНБАТ.

— П-понял, мне н-наверно тоже к ф-фельдшеру надо, г-голова с-сильно кружится и тошнит. Я пока п-прилягу, отдохну н-немного? Ладно, Коль.

— Ложись, отдохни. — Укладываю я друга. — А потом мы тебя и к фельдшеру, и к ветеринару, и к Айболиту доставим. — Бормочу я, но через несколько секунд прихожу в себя и посылаю двоих бойцов разыскать какой-нибудь транспорт. Санитарная летучка скорее всего уже укатила, а на санях и трясёт не так, да и любую пробку можно по бездорожью или по лесу объехать. Тем более до медсанбата не так уж и далеко, да и дорога расчищена и натоптана. Первым примчался Махмуд на Шайтане. Так что грузим болезного, который так и не пришёл в себя, на сани-розвальни, и, «включив мигалку», Рафик отправился в путь. Если не возникнет непредвиденных задержек, то надеюсь, за час доберутся. Сам же ныкаюсь в укрытие и свернувшись калачиком, отрубаюсь."

"Разбудили меня только к обеду, Махмуд доложил, что довёз Иннокентия в целости и сохранности и передал мне подарок на память от друга. Кобуру с люгером и парой запасных магазинов.