Обрубай связь и подгоняй танк к нашей траншее, сядем десантом и поедем пужать фрица. — Пояснил я командиру танка его боевую задачу.

— Понял тебя, командир. Уже еду. — Прервал связь Матвеев.

Прихватив кобуру с ракетницей и ещё пару гранат из подбрустверной ниши, закидываю на плечо автомат и иду командовать взводом.

— Наш взвод выдвигается в контратаку при поддержке тяжёлого танка. Первое отделение едет десантом на танке. Второе выдвигается следом, только пешком. Третье и станковый пулемёт остаются на месте, прикрывают нам тыл. Ручной пулемёт вместе с расчётом отдать второму.

— Собрав в кучу комодов, коротко ставлю я общую боевую задачу, после чего беседую с каждым из командиров, раздав им бесценные указания.

Вскоре подъехал тяжёлый танк и остановился метрах в двадцати впереди траншеи, повернувшись к противнику передом, а к нам задом. И пока бойцы забирались на броню танка, я пояснил мехводу его задачу.

— Едешь вперёд, ориентир — вон тот догорающий бронетранспортёр, — указываю я рукой направление, — там короткая остановка, мы спешимся, а дальше снова вперёд. Только недалеко, метров на двести-триста. Пока десант на броне, не вздумайте крутить башней и стрелять из орудия, в лучшем случае из пулемётов.

Когда спешимся, тогда порезвитесь вволю.

— Понял тебя, командир. — Отвечает воентехник Матвеев и усаживается на своё место, закрыв за собой люк мехвода.

Я перебираюсь за башню, а мощный кавэ взревел двигателем и тронулся в контратаку. Второе отделение в колонну по два потрусило следом, держась в кильватере метрах в семи.

— Товарищ старший сержант, а мне сейчас куда? С вами? — потеребив меня за рукав гимнастёрки, спросила Анютка.

— Нах… — матюгнулся я про себя.

— Будь здесь, хотя должна была в траншее остаться. — Сдерживаю я свои порывы. Но видимо вся гамма эмоций отражается на моём лице, и девушка сразу сникает, отвернув голову. Вот только истерик мне здесь и сейчас не хватает.

Присев за башней, увлекаю её за собой, дёрнув за солдатский ремень на талии.

— Садись уже, не маячь на виду, а то подстрелят. — Приходится кричать ей на ухо, касаясь его губами, иначе за рёвом двигателя ни разобрать ничего. — Что в сумке? — Указываю я на противогазную сумку на плече девушки.

— Бинты. — Коротко отвечает она.

— Останешься санинструктором при отряде. От меня ни на шаг. — Решаю я очередную дилемму. Ну не сбрасывать же её на ходу, хотя следовало.

Поднимаюсь и, держась за башню, осматриваюсь вокруг. Слева бойцы первой роты так и лежат за дорогой, кто-то изредка постреливает в сторону немцев. Противник же ведёт по ним дружный огонь из карабинов и ручных пулемётов. Справа же тоже не всё так гладко. Бойцы роты Быкова доколачивают остатки мотопехотного взвода, но и сами находятся под миномётным огнём.

А вот и ориентир.