Не знаю как у других, но у меня от зевоты аж челюсть сводит. Прикемарить бы по паре часиков на каждый глазок, вот тогда бы в голове прояснилось, а так какой-то туман и непонятная муть. Но поспать в тишине так и не получилось. На позициях опорного пункта нас уже поджидали. Так что распустив строй, иду докладывать руководству о своих подвигах. Старший лейтенант Кравцов, младший лейтенант государственной безопасности Пацюк и батальонный комиссар Реутов, с рукой на перевязи, стояли возле танкового окопа, разглядывая меня как неродного. Ещё двое прятались в тени за их спинами, но на них мне было уже наплевать, я прям чувствовал, что сдуваюсь.

Адреналин откатил, и на смену ему пришла апатия с похуизмом на пару.

— Товарищ старший лейтенант, отдельный пулемётный взвод боевую задачу выполнил, атаку противника отразил. Командир взвода, старший сержант Доможиров. — Козырнув, коротко рапортую я, обращаясь к комбату. Будут нужны подробности, спросят. Хотя сами всё видели, не слепые.

— Ну вот, можем же, когда захотим! Целых пять танков и десять бронетранспортёров! А мотопехоты вообще без счёта наколотили. Нам ещё бы трёхдюймовочек батарею, — ох и задали б мы жару этим фашистам! — отмахивая здоровой рукой, произнёс речь комиссар.

— Вот только трёх Дюймовочек нам здесь и не хватает. — Подумал я про себя. Разочаровывать бравого комиссара я тоже не стал, так как догадался, кто поднял первую роту в атаку. Ну и вопрос — нахрена? Отпал сам собой. Командиры как умеют, так и воюют. Поэтому только киваю, поддерживая военкома, тем более насчёт пушек он прав, поддержка артогнём нам сейчас бы не помешала.

— Кстати, а почему вы так поздно выполнили боевой приказ, товарищ старший сержант? — уставился на меня военком.

— Да, артогнём поддержали, но в атаку поздно пошли. Вот если бы раньше, да ещё с танком, много бы фрицев на гусеницы намотали.

— А позвольте полюбопытствовать, товарищ комиссар, о каком боевом приказе идёт речь? — пытаюсь разобраться я с непоняткой.

— Перейти в атаку по сигналу ракеты зелёного дыма. — Ответил мне Реутов. — Вы что, ракету не видели, товарищ старший сержант.

— Ракету я видел. Вот только никакого приказа не получал. — Честно признался я.

— Ничего не понимаю. — Задумался Реутов.

— Политрук Хренов, вы передали приказ о начале атаки? — Развернувшись, обратился он к одному из сопровождающих.

— Да, передал. — Сделав пару шагов, вышел из тени лощёный военный.

— Кому? — уточнил комиссар.

— Вот ему. — Указал он на меня грязным пальцем, нагло поглядывая исподлобья, прикрываясь лакированным козырьком командирской фуражки с синим околышем.

Теперь все четверо уставились на меня.

— Я в первый раз вижу этого человека. — Стою на своём я. Причём я и правда не знаю, откуда тут взялся этот политрук.