Хотя кисет с ядрёной махоркой всегда при мне, но это не для сэбя, а чтобы собак сбить со следа.

— Ну что, написал? — без стука ввалился в землянку Семён.

— Написал, а куда мне деваться. Ты, ведь всё равно не отвяжешься. — Потянувшись, распрямляю я спину.

— Ну что же, складно. — Пробежался глазами по моему сочинению командир отряда. — Я тут по лагерю походил, с бойцами из твоей группы поговорил. Всё сходится в основном.

— Ну дык не просто так, оперу же писал. — Каламбурю я.

— Какую оперу? — Не оценил мой юмор Семён.

— Пер Гюнт. — Насвистел я мотив.

— А ты откуда Пер Гюнта знаешь? — насторожился Пацюк.

— А у нас патефон в клубе стоял, к нему много буржуйских пластинок было. Вот я и запомнил мотивчик. — На голубом глазу отмазался я.

— Так Пер Гюнт этож не опера. — Просветил меня опер.

— А я в ваших оперских делах не лада не петрю, так что сам разбирайся, а я в баню пошёл. — Встаю я из-за стола.

— Так мы же ещё не закончили. Второй экземпляр написать надо. — То ли пошутил, то ли решил докопаться Пацюк.

— Вот тебе делать нехуй, ты сиди и пиши, или заведи машинистку, пускай она «клопов давит».

— Даю я вредный совет.

— Ну и иди ты… в баню. — Оставил за собой последнее слово Семён.

Прорыв через линию фронта.

Глава 25

Вечером собрались почти всем отрядом за общим столом и помянули погибших тризной. Без фронтовых также не обошлось, но по сто грамм и не больше. В отряде поддерживался сухой закон и спирт использовали в технических и медицинских целях. Да и выпили только те, кто хотел. В основном говорили, вспоминали добрым словом всех, кого уже не вернуть.

Добровольцы из комендантского взвода просились в разведчики. Командир обещал подумать и перевести лучших по боевой подготовке. Хотя это и так бы пришлось сделать в связи с потерями. Отряд окончательно сформировался и состоял из двух взводов. Разведывательного и комендантского. Разведвзвод делился на пять РДГ из пяти человек, и каждая группа действовала на своём направлении. В комендантском взводе людей было больше, но и структура его была немного сложней. Два стрелковых отделения, миномётное (отделение тяжёлого вооружения), минно-взрывное, транспортное, хозяйственное отделения и медпункт. Но это не значит, что комендачи выполняли только обязанности по охране и тыловому обеспечению. Каждый день шла боевая учёба и подготовка разведчиков-диверсантов, в которой был задействован весь, свободный от нарядов, личный состав. Ну и любую из разведывательно-диверсионных групп можно было усилить как вооружением, так и нужным специалистом, поваром или минёром. А также заменить выбывших из строя бойцов.