– Старикам сложно менять что-то в своей жизни. Тем более если речь идет о переезде. Здесь для нее все родное.

– Да, согласен, – кивнул я.

Взглянул на подругу и улыбнулся. Не хотелось прощаться ни с Зоей, ни с парнями. Мы так сильно привязались друг к другу, что, казалось, потерять связь будет равносильно маленькой смерти… Я искренне полюбил всех ребят.

– Мы не потеряемся, Зой, я в этом уверен. – Я снова крутанул в руке нож, а затем присел и воткнул его в землю. – Обязательно соберемся все вместе, и не один раз. То, что мы пережили, связало нас сильнее, чем кровные узы.

Я поднялся и взял Зою за руку, мы улыбнулись друг другу. Прощаться всегда сложно, но мы и не прощались, а говорили «до скорой встречи».

* * *Следующим утром мы с папой и бабушкой стояли у ворот, на которых я нарисовал руки, выпускающие голубей. Папин вольво был заведен и ждал, когда мы отчалим. Прощание с бабушкой оказалось самым сложным. За лето я полюбил ее всем сердцем и не знал, как переживу разлуку. Учеба в универе, скорее всего, будет отвлекать от грусти, но в моменты одиночества я точно стану скучать сильнее. Поэтому я взял обещание с бабушки, что она каждую неделю будет звонить мне со стационарного телефона Тимофеевны. Записал свой номер в блокнот крупными цифрами, а соседке сказал, что оплачу все расходы на связь.

– Следующим летом я тоже обязательно приеду, ба! А еще поговорю с мамой, и мы постараемся вырваться к тебе на Новый год.

– Конечно, конечно, Славушка, – шмыгнула носом бабушка, утирая слезы в уголках глаз. – Я всегда буду вас ждать.

– Не плачь, мама, побереги сердце. Мы приедем намного раньше Нового года… Если позволишь, жди хоть каждые выходные.

– Ох, сыночек, – пробормотала бабушка, и губы ее задрожали. Слезы, которые она пыталась сдерживать, обильно потекли из глаз. – Сыночек…

Папа обнял бабушку и крепко прижал ее, такую хрупкую и маленькую, к своей широкой груди. У меня в горле стал нарастать ком, я не выдержал и прильнул к отцу и бабушке. Так мы и стояли какое-то время. Затем снова были объятия и поцелуи, а потом нам все же пришлось попрощаться.

Я сел на переднее пассажирское сиденье и пристегнулся. Не верилось, что вот-вот покину Воронье Гнездо. Теперь это казалось чем-то необычным и даже мистическим.

Мы выехали из деревни, минуя кладбище. Я смотрел по сторонам, пытаясь запомнить каждый дом в Гнезде и каждую улочку. Меня до сих пор пугало это место, но я все равно никак не мог унять боль в сердце.

Проезжая мимо знака с названием деревни, я заметил пожилого мужчину. Он был одет в какие-то обноски, его длинные седые волосы и борода казались однородной спутанной паклей, а белесые глаза смотрели точно на меня. Я раскрыл рот от удивления и сильнее вжался лбом в стекло, пытаясь рассмотреть старика внимательнее.