– Ты знаешь?

– Могу предположить!

– Валяй!

– Оля приехала к Надежде домой. Скорей всего, она прикинулась дружелюбной и ласковой. Предложила помириться, забыть старое, а в честь примирения вместе выпить.

– И женщины ей поверили?

– А почему бы нет? – пожала я плечами. – Думаю, Ольга принесла бутылку или, что вероятнее всего, дала Нине денег и попросила ту сходить в магазин. Надежда, естественно, поставила на стол закуску. Оля знала, что их бывшая домработница любит готовить домашние консервы и, наверное, украсит стол чем-то из запасов. Так и вышло. Оля изловчилась и сыпанула в еду яд.

– Где же она его достала? – прищурился Вовка.

Я усмехнулась:

– Разве ты не знаешь биографию Оли? Она химик по образованию, работала в лаборатории, где полно всяких реактивов. Думаю, девица великолепно разбирается в отравляющих веществах.

– Ага, – кивнул Вовка, – в принципе верно, за исключением маленькой, ну просто крохотной детальки.

– Думаю, и Свету она убрала! – несло меня дальше.

– А причина?

Пришлось рассказать обо всем, что я узнала: о докторе с необычным именем Аркадия, о Жоре, который стал отцом столь необходимого Светлане ребенка, о сделанном после смерти мужа аборте, о все той же Аркадии, наивно поверившей рассказу об изнасиловании."

"– Оля ненавидела Светлану, считала, что та отбирает у нее любовь матери и вытягивает из семьи немалые материальные средства, вот и решила избавиться от нее. Подлила что-то Свете в чай, и все!

Вовка открыл было рот, но тут в кабинет заглянул неизвестный мне светловолосый парень и бодро отрапортовал:

– Готово. Привезли.

– Хорошо, – кивнул Костин, потом повернулся ко мне и предложил: – Пошли.

– Куда? – удивилась я.

– Тут рядом, – обтекаемо ответил приятель.

Мы спустились по лестнице на этаж ниже. Вовка притормозил у какой-то двери, открыл ее и сказал:

– Ну вот!

Я вошла в кабинет и вздрогнула. На стуле, спиной ко мне сидела женщина, одетая в темно-синий пуловер. Что-то знакомое было в ее фигуре, внезапно до меня долетел запах пряных духов, и я невольно воскликнула:

– Оля!

Женщина повернула голову. Я схватила молча стоявшего рядом Вовку за крепкую ладонь. Я перепутала. Оля крупнее, вернее, полнее той особы, которая сейчас тоскливым взглядом смотрит на меня.

– Помнишь, – вздохнул Костин, – я сказал, что все твои рассуждения в общем-то верны, кроме одной крохотной детальки? Вот она, деталька, перед тобой. Лампа Романова, нарыв кучу интересных фактов, фатально ошиблась в самом главном: личности убийцы. Знакомься, Лампудель, это «автор» трагедии. Ей удивительно не повезло: если бы наша семья не оказалась в коттеджном поселке, никто бы никогда ни о чем не догадался. Ну, узнаешь убийцу?

Я молча кивнула, не в силах произнести ни слова из-за потрясения.