Точнее был, но мне тогда еще и шести лет не исполнилось, я плохо помню. От такого заявления Нардан даже запнулся.

— Как это? Ты что же, всю жизнь во дворце просидел???

— Так кто ж меня выпустит-то? — со смешком заметил Ариашари. — Наверное, боялись, что сбегу.

— И сколько же тебе лет, затворник?

— Через четыре месяца семнадцать исполниться. Стану совершеннолетним.

— Вот… — цензурных слов у Нардана не нашлось. А ругаться нецензурно, ввиду всплывшего возраста своего спутника, он не мог, воспитание не позволяло. Ребенок как ни как. Самому графу было уже двадцать восемь, и он сам себя считал умудренным опытом мужчиной.

Видимо попытка удержаться от мата как-то отразилась на лице, потому что Ариашари просто сложило пополам от хохота. Прислонившись к стене дома для равновесия, он попытался что-то сказать, но, кроме отдельных звуков, ничего не получилось. Это породило новую волну веселья.

— Прекрати немедленно!!! Всю стражу соберешь!"

"«Боги! Неужели я так перед вами провинился! За что вы посадили мне на шею этого мерзкого мальчишку???» Боги, естественно, промолчали. Ариашари тем временем почти успокоился, подхихикивая только изредка.

— Ну что, идем дальше?

— Идем, — «Ну погоди, мелкий, доиграешься!» План мести уже вполне созрел. Осталось потерпеть совсем немного, и он тоже с удовольствием посмеется.

Предвкушая забавное зрелище, Нардан как-то даже повеселел. Желание отомстить за две недели, проведенные в тюрьме, бесконечные допросы, за те несколько минут в ожидании приговора переросло в какую-то навязчивую идею. Объект для мести был в прямом доступе и плевать, что это похоже на ребячество! Должен же он получить хоть какое-то удовольствие от происходящего в его жизни безобразия?

Следуя за ходом своих мыслей, граф натолкнулся на вызывающий интерес вопрос, который он и поспешил озвучить, с любопытством поглядывая на спутника:

— Слушай, а что там в зале так грохнуло?

— А это стена рухнула.

— Ээээ… Мда. А верещал кто?

— Ну, придавило кого-нибудь, наверное, — говоря это, Ариашари так увлеченно пинал удачно подвернувшийся камушек, что в голову Нардана закрались подозрения.

— А ты, случайно, к этому руку не приложил?

— Граф! Ну как вы могли такое подумать! — и столько искреннего негодования было в обращенных на него глазах… что подозрения только окрепли. Но возразить было нечего.

«Тоже мне, придумал, случайно! — Ариашари даже мысленно фыркнул от возмущения, — Я столько сил в эту случайность вложил, врагу не пожелаешь!»

— Так. Пришли.

Оказалось, что за разговором они добрались до пункта назначения. С места, где они стояли, был отлично виден вход в таверну. Окна призывно светились, и был явственно слышен гул голосов, громкий смех и крики. Похоже, веселье было в полном разгаре.