В его руках была бархатная подушка, на которой покоилось ритуальное оружие, которым, опять же, по традиции Ариашари должен был слегка пустить кровь осужденному, как бы символизируя этим приведение приговора в действие.

Взяв поднесенный клинок, Правитель направился к коленопреклоненному графу. Когда он уже вплотную подошел к Ибрису, в дальнем конце зала раздался жуткий грохот, за которым последовал истошный визг кого-то из придворных. Все внимание собравшихся было мгновенно привлечено источником шума, отвлеклась и охрана, чем не преминул воспользоваться граф. Легко вскочив на ноги, он одним стремительным движением выхватил нож из рук Ариашари, одновременно с этим заламывая одну руку ему за спину и приставляя трофейный клинок к горлу.

— Одно неверное движение, и я перережу ему горло! Зал, в который уже раз за сегодняшний день, погрузился в гробовую тишину.

— Эрл Ибрис, — вкрадчиво произнес Верховный. — Не делайте глупостей, не усугубляйте….

— Жрец, замолчи! Куда уж хуже-то!

— И, тем не менее, вы же понимаете, что из дворца вам не выбраться? — Жрец лихорадочно пытался найти выход. Смерть Правителя от рук мятежника его совершенно не устраивала. Избранный Богом ему самому был нужен!

— А я рискну! — Задорно выкрикнул Нардан, начиная движение в сторону той неприметной дверцы, из которой появился послушник.

— Не советую мне мешать, ножик-то острый, — графу явно было весело. Глаза лихорадочно блестели. А вот всем остальным стало не до веселья.

Под любопытными взглядами придворных и пристальными взорами стражи мужчина дотащил заложника до двери и нырнул в проем. Как только за ними закрылась дверь, Верховный развернулся в сторону охраны.

— Хорт, немедленно организуй нашему Графу, — на этом слове жреца ощутимо перекосило, — теплый прием. Тот коридор ведет в молельню. Из нее только один выход. Перекройте его. Лучезарный не должен пострадать.

Начальник стражи почтительно поклонился и спешно пошел выполнять указания. Он и сам прекрасно знал расположение помещений на вверенной ему территории, но перечить или вызывать дополнительное неудовольствие Верховного жреца было бы весьма опасно для собственного здоровья. К тому же, ему и так не светило ничего хорошего. Стражникам, допустившим пленение Правителя, еще предстояло узнать свою участь…

Проводив взглядом удаляющуюся спину, Верховный обратился к членам ордена Пресветлого Бога, почтительно и нервно ожидающим его указаний.

— Вы же, братья, займетесь нашими гостями, — хранившие до этого молчание придворные зашептались. — Об этом инциденте за пределами дворца никто не должен знать!

— Верховный… но что же нам делать? Их слишком много. — Неуверенно подал голос Атул тор Шлис, жрец третьей ступени.