Витя ведь тоже заметил в тебе перемены, верно?

Марта отвела взгляд, не торопясь отвечать. Не хотела меня расстраивать. Конечно, ведь из легкомысленной девицы, прожигающей жизнь и растрачивающей ее на бары, клубы и шоппинг, она превратилась в заботливую, добрую и… умеющую готовить. Чем, судя по всему, и сразила Витю наповал.

Я кивнула своим мыслям.

— Булочек своих не забудь папе принести!"

"Хоть я не одобряла увлечение углеводами, но у папы в течении дня все равно не было возможности поесть нормально. А тут — домашняя и приготовленная с любовью еда… И лишняя возможность для него почувствовать то, чего я ему никогда не давала — заботу и благодарность.

За все, что дал мне он.

— Хорошо, — расплылась в улыбке Марта.

На том мы и простились.

Как только экран зеркала-коммуникатора погас, я ринулась на кухню. Вложила в специальный отсек сущность огня, и, как только символы на “панели” печи загорелись, провела пальцем по нужным символам, словно нажимая кнопки. Верхняя часть печи вдруг приподнялась сама собой, а кирпичи, прежде лежащие горизонтально, образовали задние и боковые стенки. Такая вот своеобразная духовка.

Остаток дня, плавно и незаметно для меня перетекшего в ночь, я смешивала яйца с мукой и творогом, размешивала, разливала по формочкам, выпекала и смешивала снова.

Наконец партия булочек, дюжина буханок хлеба и несколько сырных пицц были готовы.

Ну что ж. Таким вот странным образом я положила начало поиску своего места в этом, новом для меня, мире.

13. Ни шагу без магии

Утро оказалось не самым приятным. Во-первых, пришлось встать рано, используя вместо привычного будильника на телефоне некую магическую клепсидру. Нужно было отдать Эльзе приготовленное вчера.

Во-вторых, несмотря на старательную разминку, не привыкшие к бегу мышцы весьма громко и настойчиво заявили о себе. Пришлось потратить еще одну сущность огня на разогрев ванны, и десять минут — на массаж распаренного тела, от икр до бедер.

На косметические процедуры времени не оставалось. Облачившись в платье, я сложила приготовленное в небольшую тележку, о которой вчера рассказала мне Марта, и вместе с этим добром отправилась в таверну.

Эльза, конечно, давно уже была на ногах. Оглядев принесенную мной сдобу, она нахмурилась.

— Как-то они бледноваты.

— Это из-за творога.

— Там — творог? — изумилась Эльза. — Но… зачем?

— Я же говорю — особый рецепт, — улыбнулась я.

Эльза еще немного поворчала — видимо, сомневалась в успехе моей затеи. Но отступать нам обеим было уже некуда. Так что спустя несколько минут на деревянную стойку упало несколько монет — серебряных и медных.

Я гуманитарий, конечно, но посчитать все же пришлось.