"Все короли слепы. Хорошие знают это и в своем правлении всегда опираются на нечто большее, чем зрение

Дж.Р. УордБратство Черного Кинжала, книга 7«Отомщенный любовник»Перевод: Naoma, РыжаяАня, Bewitched(при участии Лапочка-дочка и Avrile)Редактура: Tor_watt, Seyadina[vkontakte.ru/jrward – jrward.ru – Rutracker]

ПОСВЯЩАЕТСЯ ТЕБЕ:

«Добро» и «зло» никогда не были столь относительны,

Применимо к таким, как ты.

Но я согласна с ней. Для меня ты всегда был героем.

БЛАГОДАРНОСТИ:

Огромная благодарность всем читателям «Братства Черного Кинжала», а также поклонникам с форума!

Большое спасибо:

Стивену Аксельроду, Кейре Сезаре, Клэр Зион, Кэйре Уэлш и Лесли Гелбмен.

Спасибо, Loop и Opal, а также нашим администраторам и модераторам за все, что вы сделали по доброте душевной!

Как всегда, спасибо моему исполнительному комитету:

Сью Графтон, доктору Джессике Андерсон и Бэтси Воган.

И спасибо несравненной Сюзанне Брокманн и фантастической Кристин Фихан (а также ее семье).

Д.Л.Б. – сказать, что я уважаю тебя, будет тривиально, но все же. Мамочка любит тебя.

N.T.M. – кто всегда прав, и по-прежнему остается любимым всеми нами.

ЛиЭлла Скотт – та, которая владеет этим, да, детка, это так.

Малышке Кайле и ее мамочке. Я так сильно люблю вас.

Ничего бы не получилось без:

моего любимого мужа, моего советчика, смотрителя и фантазера

моей замечательной мамы, которая подарила мне столько любви, что я не смогу отплатить ей,

моей семьи (по крови и по выбору); и дорогих друзей.

О, и, конечно же, моя любовь лучшей стороне Собаки Писателя.

Глава 1

– Король должен упокоиться навечно.

Четыре простых слова. По отдельности они не представляли ничего особенного. Но вместе? Они несли много разного дерьма: Убийство. Предательство. Измена.

Смерть.

В наступившей тишине, после того, как они было озвучены, Ривендж хранил молчание, позволяя квартету повиснуть в душном воздухе комнаты. Четыре стороны темного, злого компаса, с которым он был близко знаком.

– Каков будет ваш ответ? – спросил Монтрег, сын Рема.

– Нет.

Монтрег моргнул и затеребил шелковый платок у себя на шее. Как и подавляющая часть Глимеры, он твердо стоял своими бархатными тапочками на сухих, шикарных песках своего класса. И, значит, с ног до головы его окружала роскошь. В смокинге и аккуратных брюках в тонкую полоску и… черт, это что, действительно короткие гетры? – он словно сошел со страниц Ярмарки тщеславия столетней давности. И это бездонное высокомерие в сочетании с яркими, бредовыми идеями – он был словно Киссинджер без президента, когда дело касалось политики – простой анализ, никакой власти. Что и объясняло эту встречу.

– Поздно останавливаться, – сказал Рив. – Ты уже спрыгнул с крыши. Приземление мягче не станет.

Монтрег нахмурился.

– Мне не под силу относиться к делу с вашей легкомысленностью.