Для Бетани он стал сродни глотку воздуха.

Думая об этом, она вдруг поняла, что стоит затаив дыхание. Бетани глубоко вдохнула, словно в первый раз.

— Я не могу от тебя уйти, — прошептала она, ощущая, как ее переполняет горечь. Она хотела избавиться от этой горечи, словно та отравляла ее как яд. — Я пыталась уйти от тебя многие годы, но на этот раз мои ноги отказываются мне служить.

— Я отнесу тебя куда скажешь, — хрипло произнес он, и она поняла, что Лео сделает так, как говорит.

Лео исполнит свое обещание, потому что он благородный человек, хотя Бетани старалась убедить себя в обратном. Он не похож на своего отца. Он не похож на чудовище. Лео такой же противоречивый человек, как Бетани.

И тут у нее окончательно сдали нервы. Она наклонилась над плюшевым ковром и разрыдалась.

— Ну что же ты, — пробормотал Лео, подходя ближе.

Бетани рыдала так, словно никогда не остановится. Будто решила выплакать все горе, пережитое ею за прошедшие годы.

— Бетани… — тихо позвал он, обнял ее и подхватил на руки. — Пожалуйста.

Она продолжала рыдать, прижавшись к его широкой груди. Запах и тепло его тела обволакивали ее, согревали и ласкали, пока Лео старался ее успокоить.

— Ну, свет мой, не плачь, — тихо произнес он у ее уха, целуя ее покрасневшие щеки и уже не зная, как ее утешить. — Прошу тебя.

Но Бетани никак не могла успокоиться. Лео заговорил с ней по-итальянски, произнося нараспев слова утешения. Он отнес ее в кресло у подоконника, усадил себе на колени, обнял и стал нашептывать ей на ухо. Она плакала и плакала, не в силах остановиться. И уж тем более она не могла встать и уйти от Лео.

Бетани покорно сидела на коленях у Лео, позволяя себя обнимать.

— Я виноват, — сказал он, когда она наконец немного затихла. Бетани откинула голову назад и пытливо вгляделась в его лицо. Лео прижал ее к груди, и Бетани почувствовала, как ее успокаивает его размеренное сердцебиение, тепло и сила его тела.

— Ошибки всегда можно исправить, — произнесла она дрожащим и хриплым голосом, ее глаза припухли и потемнели от слез."

"— Я не идеальный князь, — сказал он с откровенной язвительностью. — Я всю жизнь стараюсь соответствовать своему титулу, и остается надеяться, что я в чем-то преуспел. — В его глазах читалась решимость, какой Бетани никогда не видела прежде. — Но еще я обычный человек.

— Я люблю тебя, — произнесла она прерывающимся голосом.

Страх ушел. На душе у Бетани стало легко и светло.

Она любит Лео. Разве что-то еще имеет значение?

Подавшись вперед, она удобнее устроилась у него на коленях, чтобы смотреть на него в упор:

— Никто не говорил, что нам всегда будет легко и радостно. Но я всегда тебя любила.

— Я знаю, — сказал он, на его губах появилась едва заметная высокомерная улыбка.