Тошнота отступила, и Рид смогла открыть дверь и спуститься вниз.

Ступив в гостиную, Рид увидела одинокую фигуру, но шаг не сбавила, даже когда почувствовала знакомый приступ боли. Рид почти свыклась с ней. Изабелл вызывала в ней похожие эмоции с тех пор, как Рид поняла, что девушки нравятся ей куда больше парней. Но Изабелл была младшей сестрой Джимми, к тому же гетеросексуальной, а значит недоступной. Рид боялась, что Изабелл не понравится или, что ещё хуже, её оскорбит внимание со стороны девушки, а Рид не хотела, чтобы Джимми пришлось выбирать между другом и сестрой. Но даже по прошествии лет стройная фигура, волосы цвета начищенной меди и смеющиеся серые глаза привлекали Рид.

Но сейчас, когда Изабелл обернулась на звук шагов Рид, глаза у неё были красные от слёз и полны горя. Рид заметила у неё в руках фотографию, сделанную после повышения Джимми до капитана. Не нужно было смотреть на изображение, чтобы вспомнить широкую улыбку на лице Джимми, когда они стояли около пожарной машины. Она помнила, как в тот весенний день светило солнце и что от лёгкого дуновения ветра пахло сырой землёй и свежестью.

– Твоя мама помогает Чейзу собраться, – сказала Изабелл и ещё раз посмотрела на фотографию перед тем, как вернуть ее на каминную полку. Джимми и его жена, Аманда, почти сразу после свадьбы купили дом по соседству с Рид, но прожили в нём вместе всего два года.

Рид молча кивнула и подумала о сыне Джимми – Чейзе. Он пострадал от слишком многих потерь, чересчур для семилетнего мальчика. В тот день Джимми заступил на дежурство, а на седьмом месяце беременности у Аманды начались сильные боли в животе. Она позвонила родителям Джимми, чтобы они отвезли её в больницу, но по дороге случилась ужасная авария.

В полицейском протоколе было написано, что полуприцеп появился из ниоткуда. Аманда и родители Джимми получили смертельные ранения, докторам оставалось лишь бороться за жизнь ребёнка. При рождении Чейз весил полтора килограмма, и только через три недели Джимми разрешили забрать его из больницы.

– Никак не могла заставить Чейза надеть галстук. – Изабелл прервала горькие воспоминания Рид. – Он сопротивлялся. А когда узнал, что ты будешь в галстуке, сразу согласился."

"Изабелл прослезилась, увидев на Рид униформу, она думала, что слёзы закончились три дня назад, но сейчас они грозили политься с новой силой. Она часто посмеивалась, когда Джимми преображался, надев галстук и пиджак с блестящими запонками. В этот момент, у него появлялись манеры, которых она никогда за ним не наблюдала. Она говорила, что он даже стоит по-другому. Сейчас она осознала, что Рид стоит точно также – прямо, официально, – даже в той же самой гостиной.

Изабелл сдерживалась с самого звонка капеллана ей в Ноксвилл четыре дня назад.