Вместе с тем, она не упустила ни слова из телефонного разговора, хотя с удовольствием бы прослушала половину.

Она выслушала разглагольствования Ворнера столько, сколько смогла, а затем снова перебила его:"

"– Я специалист по финансовому планированию, Алан. А вы сами решайте к кому вы будете прислушиваться, ко мне или к садовнику. – Она стиснула в пальцах ручку, ожидая предсказуемого ответа. – Хорошо. Расслабьтесь. Я проверю эти фондовые опционы и перезвоню.

Она повесила трубку до того, как он успел что-то возразить. Составляя в уме список того, что надо сделать днём, она вернулась в кухню проверить автоответчик. Чужой голос полностью завладел её вниманием – его обладатель представился капелланом нашвиллского отделения пожарной безопасности. Когда она дослушала сообщение до конца, её руки тряслись, и ноги едва держали.

Следующие пятнадцать минут размылись в судорожных сборах – слишком много вещей надо было уместить в дорожную сумку. Схватив ключи и мобильник по пути к двери, она отправилась в трёхчасовой путь до Нашвилла.

Глава вторая

– Милая, нам надо выезжать через тридцать минут, – позвала мама из-за закрытой двери, но Рид не ответила.

Рид неподвижно сидела на краю постели и не могла пошевелиться. Испарина покрывала лицо, перед внутренним взором продолжали появляться картины из ночного кошмара – бесконечные и неотступные. Она усилием воли открыла глаза, всё вокруг размывалось и кружилось. Рид в оцепенении встала с кровати и подошла к шкафу.

Она надела форменные тёмно-синие брюки, накрахмаленную белую рубашку и пиджак на четырёх пуговицах с серебряной тесьмой на каждом манжете. Успокоилась она только уже когда начала поправлять галстук и смотреться в зеркало.

Открывая дверь, ведущую на лестницу, она ясно увидела, как её рука лежит на совершенно другой дверной ручке, и сама дверь тоже другая. Рид снова оказалась в задымлённом здании, замок в ванной заело, и она со всей силы налегала на дверь. Дверь не поддавалась. Если она не прервёт эту последовательность, её сознание будет воспроизводить ужасный момент снова и снова. Она не выдержит, если ещё раз увидит, как Джимми обрушивается вместе с полом.

Тяжело дыша, она сделала несколько шагов назад и упала на кровать. Видения медленно отступали, настоящее возвращалось. Она задержалась на мгновение, впитывая знакомую обстановку. Мебель времён молодости её матери нуждалась в покраске, на худой конец надо бы сменить треснутое зеркало. Только всегда есть какие-то более важные дела, а домашнее хозяйство уходит на второй план.

Сосредотачиваться на деталях спальни оказалось хорошей ловушкой для разума. Сердцебиение уже вернулось в норму, и холодный пот, выступивший каплями на коже, испарился. Она повела плечами, разгоняя боль в груди.