Он отчаянно колотил лапами, пытаясь держать голову над поверхностью, он вытягивал шею, ища глазами полоску тростника, обозначавшего противоположный берег, но повсюду, насколько хватало глаз, была лишь бескрайняя, плотная, сине-зеленая вода. Далеко на горизонте солнце тонуло в волнах, выпустив лужицу жидкого пламени. Его тающие лучи кровавым потоком хлынули к Ежевике. В следующий миг его снова накрыло с головой, а рот опять наполнился соленой водой.

«Я тону! — беззвучно завыл он, отчаянно борясь со смертью. — Звездное племя, помоги мне!»

Он снова высунул голову на поверхность. Сильное течение перевернуло его на спину, и он беспомощно забил задними лапами. Кашляя и жадно хватая ртом воздух, он вдруг увидел перед собой гладкую стену отвесной скалы. Скала была желтая, цвета песка. Неужели он вплыл в ущелье? Нет, эти скалы гораздо выше. И тут он увидел, что у подножия утеса, словно жуткий оскаленный рот, чернеет провал, окруженный зубчатыми скалами. Ежевика чуть не задохнулся от ужаса, когда понял, что бурлящий поток несет его прямо на каменные клыки.

— Нет! Нет! — завыл он. — Помогите!

В панике он принялся вертеться, взбивая лапами воду, но силы неумолимо оставляли его, а мокрая шерсть камнем тащила вниз. Вода бросила его вперед, потом ударила о скалы… Пещера оказалась рядом, она разинула свою черную пасть и плюнула поток соленой пены, она хотела проглотить его заживо…

И тут Ежевика открыл глаза. Над головой у него не было никаких скал — только листья. Под ним был выстланный мхом песок, а не мокрая бездонная вода. Дрожа от облегчения, Ежевика лежал в своем гнездышке в палатке воинов. Грохот волн превратился в шорох ветра в ветвях, вода просачивалась сквозь листья и ледяными струйками лилась по загривку. Значит, в лес наконец-то пришел дождь. Глотка у Ежевики горела огнем, а во рту пересохло, словно он в самом деле вдоволь наглотался соленой воды.

Он вскочил. Дым поднял голову и недовольно процедил:

— В чем дело? Неужели нельзя полежать спокойно и дать отдохнуть другим?!

— Извини, — прошептал Ежевика и принялся вычесывать приставший к шубке мох. Сердце его колотилось так, словно хотело выскочить из груди. Он чувствовал себя измученным и вялым, словно в самом деле только что отчаянно пытался выплыть из этой странной соленой воды.

В палатке потихоньку светлело, и Ежевика понял, что солнце уже встало. Он тяжело поднялся на лапы, просунул голову между ветками и даже зажмурился, увидев лужу. Сейчас он как следует напьется!

Свежий ветер разогнал тучи. Вся поляна перед Ежевикой была залита желтоватым светом восходящего солнца, которое отражалось в разлитых на земле лужах. Капли воды свисали с каждой ветки блестели на папоротниках.