Я прижал духа посильнее, свободной, левой рукой, с трудом вытянул штык-нож и приставил острие ему к сердцу.

Лейтенант злым, суровым тоном, принялся задавать духу вопросы.

Егозившийся дух вдруг затих, слушая Маслова. Покивал ему на очередной вопрос.

— Дай ему сказать, — кивнул мне лейтенант, — он знает, где пленники, и обещает не выдавать нас.

Сжав покрепче рукоять ножа, я отнял окровавленную руку ото рта моджахеда. Предательская падла тут же заорала что-то вовсе горло. Я прервал его крик, зажав рот рукой и вогнав нож в сердце.

Дух задергался, захрипел, но почти сразу затих.

— П-падла… — Протянул Наливкин сердито и торопливо огляделся.

— Вот тебе и язык… — Выдохнул Маслов.

Я сбросил с себя духа, глянул за угол. Кажется, душманского вопля никто не услышал. Мало ли крику сейчас? В таком-то бою.

— Что делать будем, товарищ капитан? — Спросил Маслов.

Капитан велел подождать, а сам аккуратно прошел к дальнему краю стены. Медленно заглянул за угол. Когда вернулся, сказал:

— Плохо дело. «Аисты» этих жмут. Еще минут десять, и защитники начнут разбегаться.

Маслов вымотерился.

— Идем дальше. Только быстро и аккуратно, — приказал Наливкин.

Так и сделали. Правда, теперь пришлось перебежать просторное открытое место, расширяющееся к фасадной стене в площадь. Перейдя его, мы спрятались за палатками. Осматривая все вокруг, двинулись к левой стене, что была прямо перед нами.

— Тихо! Стоять! — Наливкин замер, жестом приказав нам остановиться.

Сам капитан уставился куда-то вправо, за палатку.

Следующий последним, я выпрямился посмотреть, что же там происходит.

В левой стене, очень близко к пролому, который минометами разбили «Аисты», я увидел низкое строение, льнувшее к стене и наполовину погруженное в землю. Там были ступеньки вниз и вход, скрытый от наших глаз.

Бой шел почти рядом, в каком-то жалком десятке метров. Пойти туда, значило отправиться в пекло."

"Кроме того, я заметил, как несколько душманов, вероятно, спасавшихся бегством, спустились по ступенькам пристройки и исчезли в ее входе.

Видимо, заметив это, Наливкин нас и остановил.

— Подвал, — сказал я. — Видать, для хранения товаров.

— Ты подумал о том же, а? Селихов? — Обернулся ко мне Наливкин.

— Да. Логично держать пленных там.

— Пробраться туда будет непросто, — напряженно вздохнул Маслов, — к тому же там, наверное, куча народу прячется.

— Выбирать не приходится, — снова обернулся к нам капитан, — если пленные еще живы, они там. Больше быть им негде.

— И что будем делать? — Спросил Ефим.

— Возвращаться назад, — вклинился я.

Оба спецназовца обернулись. Очень удивленно уставились на меня.

— Ты о чем это, Селихов?

— Нам нужно вернуться назад, к тем духам, которых я прикончил.

— Зачем? — Вопросительно вскинул брови Маслов.