Да и сама я, на эмоциях и непонятной обиде рванувшая из безопасного укрытия в осенний холод, выглядела дурой даже в своих глазах…

Вот чего, спрашивается, расстроилась?

Бродяга — взрослый мужчина, очень даже видный… Хотя, конечно, за бородой и вечными его широкими футболками с длинными рукавами не разобрать, но я же не слепая… И не настолько дура, чтоб не понимать, что он вполне привлекательный для женщин… И почему это я решила, что у него никого нет? Только с того, что, прожив в его каморке два полных дня, если не считать первых суток, когда была не в себе и особо ничего не помнила, ни одной женщины не встретила? И вещей женских не обнаружила в доме? Ну так это вообще не значит, что он тут холостяком жил… А если и холостяком, то явно в свое удовольствие… И в удовольствие женщин, судя по той картине, свидетелем которой я стала.

Так что удивление мое, а тем более обида, совершенно глупые и детские какие-то…

Я к Бродяге вообще никаких претензий не должна иметь: он по доброте душевной бескорыстно приютил меня, помог, от Марата спас… Живу на всем готовом, не плачу за еду и комнату… И еще что-то требовать смею? Ожидать, что он монахом сделается?

Глупость какая… Детство в заднице…

Однако меня это все задело, тут нет смысла отрицать. Очень наивно, очень неправильно, но… задело. И, наверно, именно поэтому таким хорошим показался план сгонять по-быстрому в дом отца и добыть свои документы.

Если Аделька права, а она права, смысла нет ей врать, то ее родители уже привезли мои паспорт, аттестат и полис отцу. Наверно, поскандалили при этом, считая, что это я сбила их Адель с пути истинного… Они всегда как-то косились на меня, хотя вообще непонятно, с чего…

Но это ладно, это посторонние мысли, ненужные сейчас…

Главное, что я знала, где отец хранит бумаги, и код от сейфа знала, если он его не поменял, конечно же… Что вряд ли.

Так что дело оставалось за малым: проникнуть в дом, совсем недавно бывший родным, в кабинет отца, забрать свое.

И, уже полноценной гражданкой, рвануть из города… На автобусе, например. Мы с Аделькой так и планировали.

Выехать из города с дальнобоями, а в соседнем Купнянске уже сесть в автобус… Два дня пути и свобода!

И сейчас план не имело смысл менять. У нас бы все получилось, если б Аделька каким-то образом не спалилась.

Заберу документы и уеду… Перед этим, конечно же, попрощаюсь с Бродягой, все же, он столько для меня сделал… Невежливо будет просто так уехать…

Дом отца был темен, и только на самом нижнем, цокольном этаже, светились окна. Внизу у нас была сауна, и я надеялась, что отец, большой любитель после тяжелого рабочего дня поотмокать во влажном пару вместе с молодой женой, сейчас как раз там.

В дом я попала легко.