– Давай так: ты мне сейчас даёшь полтос, и вечером я весь ваш.

– А давай я тебе сейчас по шее дам? – предложила Люся, нехорошо улыбаясь. – А потом ты решишь, нужны тебе буржуйские тугрики и твоя никчёмная жизнь в частности? Утром стулья – вечером деньги.

– Ну ладно, красотка. Чего ты? Я готов в больничку съездить, и все сделаю. Ради Юльки же, – залебезил сосед, явно только сейчас осознав, что реально может огрести.

– Вот и умница, – хмыкнула фея и повернулась ко мне. – И что ты там говорила про то, что Захар твой убил кого-то? Нужно разобраться и в этом. Может, он маньячила, а мы огород городим. Нам такие не нужны.

Глава 39

– Юль, слушай, ты не обижайся на Севу, – завела Катька, едва за Люсей закрылась не дверь, – он же не со зла. И, кроме того, грымза эта его буквально к стенке приперла.

– Я не обиделась и не злюсь, – вздохнула я, разглядывая себя в зеркало. Реально, краше в гроб кладут: под глазами мешки, кожа серо-зеленая, как у инопланетянина из моего любимого сериала. Красотка, ничего не скажешь. И халат еще этот уродский. – Слушай. Иди домой, Кать, мне надо себя в порядок привести.

– Ну вот, так я и знала, – вздохнула Катька и не сдвинулась с места.

Придется ее насильно гнать, а это чревато дракой. Я вздохнула и пошла в коридор, откуда неслось мяуканье и собачий вой. Походя разняв снившееся в тугой клубок зверье, бьющееся за невесть откуда взявшуюся на полу котлету, я прошла в ванную и заперлась изнутри. Может, теперь подруга поймет, что я хочу побыть одна, и просто уйдет? Но и вода не принесла успокоения. Я буквально чувствовала присутствие Завьялова в маленьком помещении ванной комнаты и вытирала злые слезы, смешивающиеся с горячей водой. Тело хотело именно обжигающего, почти до боли, душа.

– Бинго, – взвизгнула Катька так, что я услышала ее даже сквозь шум воды. Интересно, что она там опять задумала? – Юлька, тебя к телефону! – позвала она через дверь и тихонько заскреблась в нее.

– Нет меня! – рявкнула я, мечтая, что вот сейчас выйду из ванной и придушу нахалку полотенцем. – Ни для кого.

– Поняла, – пискнула Катерина, – но я думала, ты захочешь…

– Что я не ясно сказала?! – заорала я, чувствуя душащую меня ярость.

Мне просто сейчас нужно было сорваться на ком-то, найти корень всех зол, происходящих в моей жизни, и Катюха как нельзя лучше подходила на роль отдушины.

Когда я вышла из ванной, уже в более благостном расположении духа, она сидела за моим компом и крошила на клавиатуру печенье, запивая его чаем из мой любимой кружки. Не, ну реально самоубийца. Звери бились в ее ногах в кулинарном экстазе, на лету ловя обломки печенья, оброненные неряхой. Не то чтобы я не такая, но в исполнении подруги меня этот беспорядок взбесил.