Василий сразу остановился и принял вид невинной овцы, которая вообще не понимала, что произошло и почему его всадник не на нём, а, всхлипывая, идёт к бегущим к ней родителям, которые всё это время стояли за ограждением и всё это с ужасом наблюдали.

Раиса Петровна ловко поймала одного из пробегающих мимо неё коней, остальные сами сдались прибежавшим на помощь тренеру девчонкам с конюшни. Попадавшие всадники решили вернуться в седло, кроме девочки, сидевшей на Василии. Тренер это уже поняла и решила не настаивать на этом, видя, что девчушка утирает слезы и её всю трясёт от испуга. Как видно, её увлечение конным спортом на этом и закончится.

– Алексей где? – спросила Раиса Петровна у одной из девчонок с конюшни, которая помогала упавшему всаднику вернуться в седло.

Та, не отвечая, обернулась и заорала во всю мощь своих лёгких:

– Лёха! Иди сюда! Тебя Раиса Петровна зовёт!

– Тише ты, всех коней распугаешь, – шикнула на неё Раиса Петровна и увидела Алексея, который быстро подлез под ограждения плаца и уже знал, для чего его позвала тренер.

– Бери Васю и отработай его, чтобы не дурил более. На вечер у него ещё прокат.

Лёша понимающе кивнул. Подошёл к тихо стоящему в углу плаца Василию, как раз в том самом углу, где и предположительно прятались те самые монстры, но теперь, без всадника сверху, монстры были уже не актуальны, и поэтому Василий спокойно созерцал осеннюю природу именно в этом месте. Он видел, как к нему идёт Лёша, и понял свою судьбу. Хотя нет, он был рад, что его отдали на воспитание именно Алексею. Это лучше, чем эти девчонки, которые курили, матерились и могли, если не видит тренер, решить полихачить на нём. А вот Лёша никогда не курил, не матерился и не повышал на него голос, и никогда не заставлял его делать сверх того, что ему не позволяло его уже пошатнувшееся после спорта здоровье."

"– Вась, ну что же ты шалишь, – тихо сказал Алёша, беря его за повод и ведя с плаца, – девочку напугал, а ведь она могла упасть и что-нибудь себе сломать. Зачем ты так с ней?

Василий лишь вздохнул и послушно шёл за Алексеем, осознавая всю правоту слов того, но зная, что ничего не может с собой поделать и опять поступит точно так же со следующим желающим на нём покататься. А сейчас, с видом послушного ишачка, он брёл за Лёхой, который, выведя его с плаца, быстро запрыгнул в седло и направил его на скаковой круг. Василий знал, что сейчас они, выйдя на этот круг, сделают по нему хороший резвый галоп, так сказать, чтобы он «выпустил пар» и уже потом конь не шалил под слабыми всадниками.

Лёша чувствовал на себе взгляды девчонок, сидящих на лошадях, и той заплаканной девочки, ведь в глазах их он был героем, после того, как смело сел на такую строптивую, по их мнению, лошадь. Ему было приятно чувствовать на себе эти взгляды.