На вопрос о себе: имени, фамилии, дате рождения, учёбе, прописке и так далее, конечно, Назар ответил со всей честностью, но как только наивный лейтенант, обнадёженный его сговорчивостью, приступил к выяснению того, что делал Назар в этом подвале, вот тут у него пропадали память и интеллект. Назар по десять раз переспрашивал лейтенанта о чём речь, искренне пытался восстановить в памяти, что было до его травмы, но так и не смог ничего вспомнить.

И лейтенант ему поверил…

А как тут не поверить, ведь у больного сотрясение, а это бесследно не проходит для функций мозга.

Дав расписаться в протоколе допроса, молоденький милиционер ушёл.

Назар устало прикрыл глаза, прокручивая в памяти все последние события. Он чётко, до мельчайших подробностей, помнил всё. И последнее, что он запомнил, это голос Олега, на который он обернулся…

Глава 1

Москва. Осень 1993 года.

Начало осени радовало теплом и хорошей погодой, в воздухе ощущалось щемящее чувство, когда лето закончилось, а впереди тепло сменится на холодные дни и промозглые ветра. Почему мы чувствуем осень? Именно чувствуем завершение одного и начало другого. Оно витает в воздухе и наполняет нас странной грустью по прошедшему лету, теплу, солнцу и предстоящему увяданию природы. Когда она сначала нас порадует всем буйством красок от ослепительно золотого до огненно-красного, а потом всё это превратится в жухлые серо-коричневые листья под нашими ногами…

***

Конь неспешно шёл по кругу плаца. Его всадница неуверенно держалась в седле, покачиваясь из стороны в сторону, и бросала тревожные взгляды на тренера. Раиса Петровна, полная невысокая женщина лет сорока, стояла в центре плаца и с безразлично-усталым лицом созерцала движущихся по стенке друг за другом смену всадников на лошадях. Сегодня это уже второй час по счету, когда она вот так стояла и вроде как отвечала за тренировочный процесс тех, кто пришёл к ней постигать основы верховой езды. День был солнечный и тёплый, начало осени радовало отсутствием дождей и такой ясной погодой, когда так хотелось быть на улице.

«Вот прокат и прёт поэтому», – устало подумала она про себя, зная, что как только похолодает и зарядят дожди, количество желающих обучаться ездить верхом резко упадёт."

"Под неуверенной в себе всадницей был конь по кличке Василий, вернее звали его мудрёно – Вернисаж, но это раньше, когда он был в спорте, а когда его оттуда списали в прокат, к нему прилипла кличка Василий за его мудрость и спокойный нрав. Но это только без всадника он был спокойный, а вот под всадником он действительно проявлял свою умудренность жизнью.