Варя сама не знала, откуда в ней взялась эта странная смелость – минуту назад она и не думала продолжать попытки попасть в мастерскую. Но теперь, когда она стояла на пороге и уже видела часть коридора, ею вдруг овладела уверенность – ей обязательно нужно там побывать.

– Я сама найду свою пленку, – решительно сказала Варя. – Тут мой муж работал фотографом, и я все здесь знаю.

И, не давая девушке ни секунды на возражения, Варя протиснулась мимо нее и оказалась в коридоре. Сюда выходили две двери. Одна вела в то помещение, где Андрей когда-то проявлял и печатал снимки.

Другая – в общий зал, где стоял прилавок, витрины и касса. Варя уверенно шла вперед, а девушка, закрыв дверь на одну задвижку, спешила следом.

– Пленки кажется, здесь, – крикнула она, показывая на большую картоннную коробку, стоявшую в зале позади прилавка.

Но Варя откинула черный занавес, обратив внимание на то, что он наполовину оборван с петель.

– Туда нельзя! – крикнула девушка, увидев, куда та направляется. – Не велели пока пускать! Ведь это там случилось! А если вам в кабинет заведующей – то он заперт, опечатан, и ключа у меня нет!

Варя не слушала ее.

Она стояла в комнатке, где когда-то работал ее муж. Стул, на который он усаживал свои модели, отодвинут к стене и стоит криво. На стене – отчетливые, уже просохшие пятна. Кровь? Да, наверное, здесь и запачкалась Кристина, когда случайно прислонилась к стене. Все это Варя уже как будто видела – представление о здешней обстановке создалось у нее со слов подруги. Но все-таки, кое-что она представляла иначе. Например, эти пятна на стене… Она смотрела на них и ничего не могла понять. Как они здесь оказались, если убийство случилось в кабинете? На полу, на светлом линолеуме, не было никаких следов крови. Только на стене – рядом с занавеской. Как раз на уровне бедра – там, где запачкалась Кристина…

Уборщица уже стояла рядом с ней. Только теперь Варя поняла, что это совсем молоденькая девушка – лет семнадцати, не больше. Наверное, Варя казалась ей взрослой и солидной – та просто не смогла ее вовремя остановить, не хватило решимости. Но теперь девушка, наверняка, очень жалела о своей уступчивости. В ее глазах застыл страх – и ожидание чего-то.

Наверное, чего-то недоброго – иначе она не старалась бы сохранять дистанцию в два-три шага.

– Пленки там, – повторила она, указывая в сторону торгового зала. – А здесь ничего нет.

– Кабинет закрыт? – спросила Варя, хотя и сама уже видела бумажные печати, облепившие дверной косяк. – А моя пленка, наверное, все-таки в кабинете, а не в зале… Понимаете, мы были довольно близко знакомы с вашей заведующей, и та взяла у меня заказ неофициально – без всяких там квитанций.