По-настоящему. Первый раз с момента нашего знакомства. Действительно тугой. Столько времени могли быть вместе.

Я отогнал в сторону мысли полные досады. Нет смысла сокрушаться и жалеть об упущенном времени. Это уже прошло. Теперь просто надо идти дальше, вместе с ней. Любить ее, делать счастливой, делать так, чтобы она никогда не пожалела о том, что выбрала меня.

— С Элькой неудобно вышло, — почему-то вспомнил свою бывшую блондинку, — она ведь неплохая. Просто не мой человек.

— Не переживай, у нее все хорошо. Она недолго убивалась, по поводу вашего расставания, но на твоем месте я бы поговорила с ней, извинилась.

Я кивнул. Поговорю. Чуть позже. Сейчас я хотел быть здесь и держать ведунью в своих объятиях, чувствуя, как быстро бьется ее сердце.

Эпилог

Мы пробыли у барьера еще неделю, а потом пришлось уезжать. Я действительно выдохлась. У барьера нет источников для подзарядки, а мой внутренний резерв не был бесконечным. Мне нестерпимо захотелось туда, где яркое солнце, свежий ветер, где в воздухе не кружит пепел и не пахнет серой. Я хотела в лес, к здоровой земле, туда, где в каждом дереве, в каждой травинке звучит песня жизни. Хотелось искупаться в реке, чтобы ее студёные потоки смыли и унесли прочь все тревоги. Хотелось весны с ковром цветов, лета с шумом зрелых колосьев, зимы с по-настоящему белым снегом, осени с золотыми листопадами. Хотелось увидеть родных, побывать в Ралессе, съесть сливочный пирог и обнять старую Ромерту.

Мне просто хотелось окунуться в нормальную жизнь. Зарядиться под завязку эмоциями, настроением, новыми ощущениями. И тогда я снова вернусь к барьеру, чтобы зарядить оставшиеся делары, чистить землю от черных луж, помогать.

Нольд настаивал на том, чтобы мы сразу отправились в Ралесс, явились под светлые очи наместника и быстренько поженились. Ненормальный. Так смешно было наблюдать за тем, как он бесился, когда я проводила время с Хельмом. Ревновал. Хотя знал, что смысла в этом нет. Никуда нам друг от друга не деться. Связаны так что не разорвать, не разрубить.

Но раз ему так хочется — пускай. Будет ему свадьба. Я даже готова втиснуться в белое платье, но только с одним условием — прежде чем ехать в столицу, заглянем в Боунс к моим.

Блондин радовался как ребенок. Я тоже радовалась.

В общем не смотря на начальные трудности и непонимание, у нашей истории оказался счастливый конец. Я нашла свою любовь, свое предназначение, людей близких по духу, и то томление в груди, которое когда-то мучило меня — безвозвратно исчезло.

Я нашла свой путь.

Впереди показалась усадьба. Крыша все такая же. Дорожки плохо стрижены. Наверное, и конюшни в столь же плачевном состоянии, что и раньше.