Наступил август. По-прежнему никаких известий от Правительства СССР и Ставки нет. Летаем, японцы претензий не выставляют. Ведут себя сдержанно по отношению к одиночным самолётам. У них режим экономии топлива. Предпринимали две попытки перехвата, визуального, естественно, эти попытки провалились."

"6 августа в 4 утра я взлетел на разведку Японского и Южно-Китайского морей. На траверзе Чонгуна лёг на курс 180 градусов. Шёл на высоте 15 000 метров. Затем лёг на курс 165 градусов и шёл экономическим ходом, внимательно осматривая воздух. Первую тройку самолётов я обнаружил через полтора часа после вылета в ста километрах от Коши. Через 25 километров показалась ещё тройка В-29. На одном из них находится «Малыш», это «Энола Гей», она идёт первая, затем идёт «Топ Сикрет», на нём находится «Толстячок», и третий – самолёт наблюдатель. Идут плотно, образуя плотное звено. На каждом из них 11 пулемётов 50-го калибра с дальностью эффективной стрельбы 650 метров, а у меня одна пушка 37-мм с 58 осколочно-фугасными снарядами. «Ну что ж, посмотрим кто кого?» Я свалился на крыло и пошёл на переворот. В нижней точке выпустил щиток и уравнял скорости на расстоянии около километра. По отзывам отца и других лётчиков-«корейцев» В-29 держит 5–7 попаданий снарядов такого калибра. Ввел 43.05, обжал, захват, ввел 30.18, обжал, захват. Чуть шевельнул шаг и пошёл на ведущего. Прицел заморгал, дал длинную 10-патронную очередь. Это почти семь секунд надо удерживать прицел на цели под молотком отдачи. Смотрю на результат. Восемь взрывов на корпусе «Энола Гей»! Она задрала нос и повалилась в штопор! Обжимаю следующую машину, только бы это был «Топ Сикрет»! Бью такой же длинной очередью. Шесть взрывов, отваливается хвост – и по последней машине. Общий расход 26 снарядов. Последний бомбёр горит и пытается вести огонь, но бомб не бросает, отхожу в сторону и наблюдаю за ним. Через несколько секунд он взорвался в воздухе. Взрыв не ядерный, просто бензин. Я вернулся на свой маршрут, сделал снимки кораблей и судов противника в Японском море, по дороге пройдя над Хиросимой и Нагасаки. Там было чисто. Садако Сасаки не придётся делать тысячу журавликов. Я – абсолютно бесполезный попаданец, избавил её от этого.

10 августа Япония согласилась принять условия капитуляции из-за вступления в войну Советского Союза."