— Потом ты заорала еще громче и топнула ногой, глядя мне прямо в глаза, —Богдан вздыхает.

— Это чтобы доказать маме, что плаксы мальчикам нравятся, — хмурюсь я.

— Ну, я и влюбился, похоже... — пожимает плечами и опять улыбается, — кричала ты впечатляюще.

— Я старалась.

Богдан перехватывает мое запястье и целует сначала внутреннюю сторону ладони, а затем касается губами и тыльной стороны.

Бегут мурашки по плечам и спине, когда Богдан поднимает взгляд и вновь прижимается щекой к моей ладони.

— Мы были обречены быть вместе.

— Но теперь нам будет сложнее быть вместе, Богдан. Нам теперь не закрыть глаза.

— Главное, не отпускать наши руки, — едва слышно говорит он и переплетает свои пальцы с моими, — и что бы сказали те мальчик и девочка, если мы сейчас откажемся друг от друга?

— Что мы дураки, — с моих ресниц срывается горячие слезы, — но самый дурацкий дурак, это ты, Богдан.

— Я знаю, — сжимает мою ладонь крепче и не отводит взгляда, — прости меня.

А после утыкается лбом мне в бедро с тяжелым и глубоким выдохом, будто выпускает из себя весь воздух.

— Не хочу быть козлом, которого и отцом назвать стыдно, — сдавленно сипит, —‘сейчас я козел, но все еще папа, Люба. Да, не для Доминики, но... я с ней я вообщене знаю, как быть. Я бы ее спрятал, лишь бы не видеть и не знать... да, это неправильно... Да, я это чувствую, но как быть...

— Быть хорошим человеком, Богдан.

— Это возможно только рядом с тобой, Люба.

— Я знаю, — провожу ладонью по его затылку, — но учить быть тебя человеком...задачка не из простых. Ты же еще огрызаешься, когда все сложно.

— Но кто если не ты, — шепчет Богдан.

— Сам ты не справишься, — пропускаю его волосы сквозь пальцы. — Да и я бы хотела, чтобы ты ночами вставал по ночам к нашему младшему сыну, но перед этим целовал меня в щеку.

Богдан поднимает на меня лицо. Молча смотрим друг на друга около минуты, и он шепчет:

— Поцелуй меня. Умоляю, поцелуй.

Наклоняюсь к нему, обхватываю его лицо руками и целую на выдохе.

Нам будет сложно, и даже больно, но друг без друга нас не существует.

Прижимаюсь лбом ко лбу Богдана:

— Каждый день надо помнить, что мы есть друг у друга.

Глава 62. Поступить по совести

— Ты мне жизнь разрушил! — верещит Кристина. — А теперь дочь отбираешь?!

Быть хорошим человеком — сложно, но с Любой может быть только такой.

— Рот прикрой и не ори на меня, — стараюсь говорить спокойно и делаю решительный шаг к

Кристине. — Я у тебя не отнимаю Веронику, но... правду мы не утаили, Крис. Она узнала обо мне, узнала о брате и сестре, и, нравится нам это или нет, но ее тянет к ним.

— Она моя дочь!

— Она ею и останется! — рявкаю я. — И в твоих интересах сейчас затихнуть и бороться против нашей семьи!

Слышу, что в глубине квартиры скрип дверных дверей, уверенные шаги и в гостиную заходит

Доминика.