За нож он, видимо, принял саблю, которую Нэш держал в руке, и хотя изначально сталь показалась настоящей, она явно таковой не была. – И кто ты?

– А что, не видно? – спросил Нэш, демонстрируя крюк, который сжимал во второй руке. Саймон очень надеялся, что крюк был тупым. – Пират, затесавшийся в ряды британского колониального флота!

– А. Ну да, логично.

Нэш заулыбался и стащил с себя шляпу; под ней оказались кудрявые волосы, торчащие во все стороны.

– Рад знакомству, ваше высочество. Я в вашем распоряжении.

– Спасибо. Учту, – сказал Саймон. Дышалось уже полегче, так что он огляделся. Низкими потолками и деревянными балками помещение напомнило настоящий домик на дереве.

Уинтер уже устроилась на кушетке рядом с круглым столом, на котором валялись карты и игровые фигурки. Рядом с ней сидел мальчик лет четырнадцати, темноволосый, с острыми скулами. Не то чтобы они с Уинтер обнимались, но в его компании ей явно было приятнее, чем с Нэшем и Поршей. Напротив них в старом кресле устроилась ещё одна девочка, с вьющимися недлинными волосами, падавшими на лицо – по возрасту она была ближе к Порше.

– Знакомьтесь, это наш принц, Саймон, – представила Порша, подходя к ним. – Ваше Высочество, это Корделия Алуэтт, сестра Нэша, и Ригель Халсион. Двоюродный брат Уинтер.

Ну, это объясняло, почему они ладили.

– Привет, – поздоровался он, как раз когда Нэш обогнул его и практически рухнул в мягкое кресло-мешок.

– Ты пришёл в карты играть? – спросил Ригель. Выглядел он серьёзно, и Саймон кивнул.

– Я плохо играю, – признался он, косясь на стол. – Это… покер?

– В покер скучно играть, когда все умеют просчитывать карты, – сказала девочка – Корделия. – Это «Солянка». Я сама её придумала.

Солянка, значит. Саймон присел на огромную подушку рядом с кушеткой.

– Ей легко научиться?

– Зависит от того, насколько ты умный, – сказал Нэш, прислоняя меч к столу. – Но смухлевать невозможно.

Саймон глянул на Уинтер, которая уже успела раздать себе карты.

– Я не особо умный, – признал он. – Давайте я сначала посмотрю, как вы играете.

– Как хочешь, – сказала Корделия, а Порша, присевшая рядом с Саймоном, ободряюще ему улыбнулась.

– Ты быстро разберёшься, – успокаивающе сказала она.

Но спустя четыре кона до Саймона так и не дошло, что происходит. Он не понимал, считались ли тузы сильными или слабыми картами, нужно ли было собирать как можно больше карт – или, наоборот, раздать их. Через какое-то время он перестал следить за игрой и начал следить за игроками.

Уинтер не просто знала правила – она ещё и отлично играла, настолько, что через каждые пару ходов кто-то недовольно стонал от её действий. Но там, где Уинтер отдавала предпочтение сугубо результату, Порша играла спокойно и старалась помогать остальным.