Я собираюсь подарить ее своему нареченному Эдуардо в знак любви и верности.

Он опять отвлекся. Проследив за его взглядом, я заметила Такколу, выходящую на террасу.

– Значит, так, – тишайший отложил салфетку, – с этого момента за любое упоминание твоего яйцекладущего да Риальто я буду тебя наказывать.

– Стронцо!

– И за это слово тоже. – Он сделал вид, что считает на пальцах. – Два «Эдуардо» и один «стронцо», уже три.

Я горячо возразила:

– Один из «Эдуардо» был ваш, а вовсе не мой.

– Четыре, – по-акульи улыбнулся супруг. – Подумай об этом Филомена, пока я буду отсутствовать.

И он быстро ушел в сторону террасы. Я поманила к себе Мауру и схватила за рукав ближайшего официанта.

– Поздравляю, Филомена, – фыркнула Панеттоне, помогая мне накладывать в тарелку тартолини с паштетом. – Ты довела Чезаре в рекордные сроки.

– Зачем ты спряталась? – Начинка была божественно вкусной, и я по-кошачьи мурчала.

– Чтоб не попасться под горячую руку грозного супруга. Как он орал! Судя по спешной ретираде[4], остаться нам с Карлой во дворце он так и не позволил?

– Посмотрим. – Я изогнулась и завладела кистью винограда. При этом, кажется, умыкнула я ее вовсе не с подноса официанта, а с тарелки беззащитного гостя. – Сейчас его обработает наша Таккола. Кузине этот стронцо не откажет.

Маура помрачнела:

– Где они?

– На террасе. Видишь, верный Артуро полирует спиной дверной косяк? Он стоит на страже, чтоб свиданию господина никто не помешал.

Я хотела еще спросить подругу, знакомо ли ей слово «консумация», но она уже спешила к синьору Копальди.

От еды и вина меня стало клонить в сон. Ну хорошо, предположим, завтра со мной не разведутся, мне придется пробыть во дворце, например, неделю. Не долгий срок. Утром я отправлю гостинец сестре Аннунциате, в сопроводительном письме обрисую ситуацию, директриса нас простит. Какую бы браваду ни изображали фрейлины, рассуждая о школе, двум из нас она жизненно важна. Это Маура с приданым командора да Риальто может пустить диплом на растопку. Мне и Карле необходимы документальные подтверждения статуса. Мы вернемся в «Нобиле-колледже-рагацце», и я получу документ и свою строчку почета на школьной стене. Надо еще предупредить сестру Аннунциату о вампирах.

Вампиры! Почему я не свернула на эту тему в беседе с дожем? Я же собиралась намекнуть, собиралась… А если Чезаре спросит, как выглядит зачаровавший меня сиятельный Мадичи? Что я ему скажу? Как красавчик и, по примеру Мауры, закачу глаза?

– Донна Филомена, – прошелестело у плеча, – серениссима."

"По шее пробежались мурашки. Я повернула голову. Худощавый блондин в полумаске присел на стул Чезаре.

– Вы рассуждаете вслух, тишайшая.

Почему-то рука моя потянулась к столовому ножу и пальцы до боли сжались на рукояти.