Волошин именовал своего покровителя высоким титулом, поскольку ещё год назад во Франции было объявлено, что проживающий в Ницце великий князь Кирилл Владимирович нарекает себя «царем и императором Кириллом Первым».

— «…чтобы Императорский Престол оставался праздным после установленной смерти Предшествующего Императора…»

— Кики, почему так вульгарно — «праздным»? Ведь речь же идёт о троне.

— Такова формула Закона о Престолонаследии, — солидно объяснил Волошин.

Виктория Федоровна покивала, снимая замечание.

— «…Предшествующего Императора и Его ближайших Наследников, — снова потек в комнате размеренный, с выразительными придыханиями, голос, — …а посему я, Старший в Роде Царском…» и дальше тоже с заглавных букв: «…Единственный Законный Правопреемник Российского Императорского Престола, принимаю принадлежащий Мне непререкаемо…»

— «…непререкаемо», — повторил Кирилл Владимирович. Это слово он лично придумал вставить в текст манифеста и теперь, слушая Волошина, еще раз убедился, как оно достойно и веско звучит.

— «…непререкаемо титул Императора Всероссийского… Сына моего, князя Владимира Кирилловича, провозглашаю Наследником Престола с присвоением ему титула Великого Князя и Цесаревича. Обещаю и клянусь свято блюсти Веру Православную и Российские основные Законы о Престолонаследии…»

По мере того как чтение манифеста подходило к концу, у Виктории Федоровны вытягивалось холеное лицо и обиженно поджимались губы.

В манифесте ни единым словом не была упомянута она, законная супруга и соправительница «Императора Всероссийского». Про наследника и цесаревича есть, про самого императора написано, а её будто и на свете не существует…

Конечно, законы о престолонаследии дают мужчинам преимущество. Но нельзя забывать, что на русском престоле были и Екатерина Великая, и Елизавета, и Анна Иоанновна."

"То-то великий князь и генерал запирались в кабинете, когда сочиняли манифест. Нет, голубчики, ничего у вас не получится. Вы, конечно, надеетесь, что супруга императора спокойно снесет такое оскорбление её достоинства. Зря надеетесь.

— Извините, господа, я покину ваше общество, — покривив губы, сказала Виктория Федоровна. — Кажется, у меня разыгрывается мигрень.

Кирилл Владимирович и Волошин обеспокоенно переглянулись. Им было известно, что случается, когда Виктория Федоровна заявляет о внезапной мигрени.

— Надо было хоть несколько слов про неё в манифесте написать, — сказал Волошин, когда, шурша платьем и деревянно спрямив спину, с веранды удалилась то ли жена великого князя Кирилла Владимировича, то ли будущая русская императрица.

— Нет, — сердито отрезал «император Кирилл Первый».