Во время очередного допроса полковник каким-то образом сумел освободиться, подручными средствами уничтожил двух палачей и самого Мамедханова, завладел их оружием, поголовно «зачистил» остатки отряда… (прибывшие по указанным им координатам спецназовцы обнаружили двенадцать трупов и пять взорванных блиндажей. — Д.К.)… переправился вплавь через ледяную горную речку, где заработал воспаление легких, и спустя несколько дней добрался до своих.

Рябова уложили в госпиталь, вручили звезду Героя России и основательно подлечили. Потом, по распоряжению генерала Маркова, отправили восстанавливать здоровье в Т-ский пансионат и… одновременно готовились уволить его со службы «по состоянию здоровья», дабы освободить место для полковника Машкова — человека, мягко говоря, не слишком приятного, а как руководителя — вовсе никудышного…

— Теперь понятно, — нехорошо усмехнулся я. — То-то Машков гоголем ходит и едва не лопается от важности. Знаете, Владимир Анатольевич, если вас «спишут» — немедленно подам рапорт на увольнение!

— Но, но! Не перегибай палку! — нахмурился Рябов. — Ты русский офицер, принимал присягу. И бросать службу только потому, что тебе не нравится новый начальник…

— Из него начальник, как из дерьма пуля, — перебил я. — С таким типом много не наработаешь. КПД[2] отдела близок к нулю. С заводиком Анвара Саидова в конце мая (см. «Штрафники») ему просто повезло. Ну а после — сплошные обломы, — тут я перечислил несколько дел, провалившихся или безнадежно зависших по вине Машкова, и в завершение добавил: — Сейчас он ухватился обеими руками за «Дело пятнадцатилетних», надеется выслужиться. Но и здесь, уверен, сядет в лужу, поскольку организатор он паршивый, а аналитик — вовсе никакой!"

"— Пятнадцатилетних, говоришь?! — насторожился полковник. — Ну-ка, поясни!

Пожав плечами и прикурив сигарету, я пояснил. Суть моего рассказа сводилась к следующему. С начала августа в Н-ске и в области начали бесследно исчезать пятнадцатилетние девушки. Именно пятнадцатилетние — ни годом старше, ни годом младше. И, что интересно, все как одна родившиеся в феврале. Ни их внешность, ни моральный облик похитителей не интересовали. С равным успехом пропадали красавицы и дурнушки, воспитанницы воскресных школ и малолетние шлюхи. Милиция, как обычно, вела расследование: ни шатко ни валко, спустя рукава. Но в один «прекрасный» день (вернее, в ночь) не вернулась домой племянница ОЧЕНЬ высокопоставленного чиновника. На следующее утро ее пустую иномарку обнаружили на загородном пустыре. И вот тут-то начался настоящий переполох. Милицейскому начальству крепко дали по ушам за нерадивость, а розыск таинственных злодеев перепоручили ФСБ.