)… он, едва завидев оборудование для развязывания языков, повалился в ноги Рябову и, по-бабьи причитая, начал взахлеб «колоться». От него стало известно — девушек намеревались использовать в качестве «шахидок» в заполненных верующими православных храмах.

Почему непременно «февральских пятнадцатилеток», Мурашов тоже не знал.

Ближайшие массовые теракты были намечены на 20 и 21 сентября (Рождество Пресвятой Богородицы), а также на 26 и 27 сентября (Праздник Воздвижения Честного и Животворящего Креста Господня). С этой целью несчастных усиленно пичкали наркотиками, и большинство из них уже мало походило на людей. Кроме того, Мурашев подтвердил — во главе «Эпохи Гора» стоит кто-то из высшего руководства Конторы. Кто конкретно, он не знал, зато выдал посредника — Виктора Владимировича Головко (в прошлом офицера КГБ, а ныне — коммерсанта), через которого осуществлял связь со своим чиновным боссом. Рябов довольно потер руки, но… взять посредника не удалось. Спешно выехавшая по указанному адресу опергруппа обнаружила господина Головко повешенным над унитазом в роскошном туалете его загородной виллы. А самого Мурашева на следующее утро обнаружили мертвым, без признаков насилия, на полу камеры одиночки. В ту же ночь при странных обстоятельствах одновременно скончались все прочие арестованные нами руководители среднего звена. Стало ясно: «Большой Босс» спешно устраняет тех, кто способен дать хотя бы косвенный выход на него родимого.

Однако мерзавец просчитался.

Пока проводимая Рябовым шумная «зачистка» выполняла функцию своеобразной дымовой завесы, генерал Нелюбин тихо, незаметно «взял» своих перевербованных агентов и вычислил двух оборотней из подразделения «Ч». Их исчезновение надежно залегендировали, и «босс» не заподозрил подвоха. А тем временем предатели, будучи порознь и неоднократно допрошены лучшими специалистами в данной области, дали-таки необходимую ниточку, и Борис Иванович (уж не знаю, как! — Д.К.) вышел по ней прямиком к главному вражине…

— Вероятность девяносто девять процентов из ста. Можно в принципе брать, но… слишком влиятельная фигура, — со вздохом сказал он мне. — На одних косвенных здесь не прокатишь. Нужны прямые улики. Наипрямейшие!!! Проще говоря, зверюгу необходимо раздразнить, выманить из норы и мочить, когда он прыгнет! Вот то, особое задание для вас, о котором я упоминал еще неделю назад.

— А чем прикажете заниматься — дразнением, выманиванием или… — тут я многозначительно усмехнулся.

— ИЛИ, — без тени улыбки подтвердил генерал. — Вы у нас на редкость яркая, колоритная фигура. Без преувеличения, легенда[23]. Поэтому «зверь» поверит — именно вы сели ему на хвост и представляете наибольшую опасность в данный момент.