Клянусь Богом, я не понимаю этого человека. Качаю головой и сосредоточиваюсь на зданиях, мимо которых мы проезжаем. Мы почти у больницы.

— Не надо было стрелять в Рокко, — говорю я. Может быть, Алессандро боится, что дон узнает о его поступке? Накажет его за это? Обвинит меня? — Не пойми меня неправильно, я рада, что ты это сделал. Но очевидно, что теперь ты об этом жалеешь. Иначе зачем бы ты вел себя так…

Машина внезапно вильнула вправо, я вскрикиваю и хватаюсь за ручку двери так, будто от этого зависела моя жизнь. Зажмуриваю глаза, пока мы мчимся к фонарю. Я предполагаю, что мы не заметили его, потому что через долю секунды внедорожник с визгом останавливается.

Дверь машины захлопывается, и я остаюсь в тишине.

Осторожно открываю глаза и смотрю на Алессандро, который проходит мимо машины и останавливается в нескольких метрах впереди на тротуаре. Словно не чувствует пронизывающего ветра, хотя на нем нет пальто. Оно по-прежнему лежит на заднем сиденье автомобиля, там, где он его бросил, когда я решила сесть спереди.

Он слегка поворачивается, не совсем в мою сторону, но достаточно, чтобы я поймала его мимолетный взгляд, и запрокидывает голову к небу.

Что он делает? Обращается за помощью к небесам? Он держит руки на поясе, и беспокойство, исходящее от него, почти осязаемо. Я наблюдаю, как он, наконец, опускает голову, почти упираясь подбородком в грудь. Затем медленно покачивает ею из стороны в сторону, и у меня создается впечатление, что в нем только что происходила внутренняя борьба.

Наконец, он смотрит на меня через лобовое стекло, наши глаза встречаются. Его глаза испепеляют меня, когда он направляется ко мне, не отрывая взгляда. Чем ближе, тем быстрее он движется.

Как хищник, который увидел добычу.

Дойдя до машины, он берется за ручку и с силой дергает дверь. Холодный воздух проникает вместе в ним, когда здоровяк вторгается в мое пространство. Взгляд у него совершенно дикий, как будто он хочет убить меня на месте.

— Вот зачем, — цедит он сквозь зубы и, схватив меня за шею, прижимается своим ртом к моему.

Я не дышу. Не могу! Кажется, что даже сердце перестало биться в эти короткие секунды, пока его губы остаются прижатыми к моим. Не успеваю я ничего понять и отреагировать, как Алессандро разжимает объятия и резко отстраняется.

— Черт! — кричит он, бьет кулаком по крыше машины и захлопывает дверь.

Сердце колотится, когда вижу, как Алессандро обходит внедорожник спереди и садится за руль. Он переводит машину в режим «драйв» и выезжает на дорогу. Поджав губы и приковав взгляд к серой бетонной ленте за лобовым стеклом, он даже не смотрит на меня. Я же, напротив, не могу заставить себя отвести взгляд от его сурового профиля.

Не думаю, что поцелуй когда-либо так сильно меня потрясал, особенно такой стремительный.