Дверь в подвал имеет стандартный замок, и на ее вскрытие уходит менее двадцати секунд. Спустившись по ступенькам, оглядываю огромное пространство. Одна комната с печью и баком для воды, стоящими в углу, с трубами и электрическими проводами, идущими вдоль открытых балок. Больше ничего нет, кроме толстых опорных столбов.

Не спеша окидываю взглядом отопительный агрегат и трубы, затем стены, пока не нахожу электрический щит. После этого перехожу к опорным столбам, производя расчеты. Дом оказался меньше, чем я предполагал, но одной перегрузкой электрических цепей не отделаешься.

Придется заминировать и столбы. Я делаю еще один круг, чтобы убедиться, что ничего не упустил, и возвращаюсь в прачечную.

Иду по коридору, намереваясь проверить верхний этаж, как вдруг слышу позади себя звуки на кухне. Не слишком ли рано для горничных? Взгляд на часы подтверждает, что еще нет восьми. Я разворачиваюсь и повторяю свой путь обратно, но останавливаюсь в дверном проеме кухни.

У открытого холодильника стоит женщина и что-то ищет внутри. Ее лицо скрыто за дверцей, но уверен, что никогда не видел ее здесь раньше. На ней черные леггинсы и безразмерный серый свитер с закатанными рукавами.

Босые ноги. Длинные черные волосы мягкими волнами спадают по спине.

— Кто ты и что здесь делаешь? — рявкаю я.

Она подскакивает с криком, закрывает холодильник и поворачивается ко мне лицом. У меня округляются глаза от шока.

— Доброе утро, — бормочет Равенна.

Я не могу оторвать от нее взгляд. Если бы увидел ее на улице, то, наверное, не узнал бы. Равенна в сто раз красивее без макияжа. Она похожа на ангела, спустившегося с небес. А еще она гораздо моложе, чем я думал.

— Хм… — Она склоняет голову на бок и берет черную прядь между пальцами, крутя ее.

 — Ты в порядке?

Нет, я не в порядке.

Меня никогда не привлекали сильно накрашенные женщины, но Равенна меня завораживала, даже когда одевалась в роскошную одежду и накладывала тонны косметики на лицо. Но увидев ее с распущенными волосами, обрамляющими ее ангельское лицо, почувствовал себя так, словно меня ударили под дых, и я не могу втянуть воздух в легкие.

— Мне нужно поехать в больницу, а потом проведать маму, — говорит она.

Я опускаю взгляд на ее горло. Синяки на ее шее сегодня имеют насыщенный фиолетовый цвет, и при виде их во мне вновь вспыхивает ярость.

Это моя вина. Мне следовало остаться на этом чертовом балконе и, невзирая на последствия, убить этого ублюдка, как только он вошел в ее комнату.

— Алессандро? — Равенна делает шаг вперед и наклоняет голову.

Я осторожно протягиваю руку и откидываю ее волосы назад, чтобы лучше рассмотреть. Черные пряди ощущаются на моей ладони как шелк.

— Мне нравятся твои длинные волосы, — бормочу я.

Равенна изгибает губы вверх.