Перед возвышением, на котором выставили большие троны и для нас с Ареном, стоят на коленях шестеро маленьких серых существ в довольно неплохих камзолах. Болотные гоблины, как бывший завхоз Академии Фабиус. Только эти скованы наручниками и кандалами.

Обернувшись, гоблины все как один смотрят на меня, и в алых глазах появляются слезы.

— Валерия Великая! — восклицает самый сморщенный.

— Прекрасная, как болотная жижа!

— Сияющая, как болотные огни!

— Неподражаемая, как бескрайние болота!

— Вдохновляющая, как звуки ночного бурления!

— Загадочная, как сияние гнилушек в ночи!

И уже хором, распластываясь по полу, выдают:

— Мы приветствуем тебя, путеводный свет болотных гоблинов, наша надежда, наше спасение, великая

Валерия, наша вдохновительница и спасительница нашей чести.

У Ланабет дергается уголок губ, император прикрывает лицо рукой.

Хохот Элоранарра наполняет зал, он корчится на троне, хлопает себя по колену.

Что здесь происходит?

Глава 13

— Кто-нибудь объяснит? — строго спрашивает Арен.

Император указывает на гоблинов и предлагает:

— Пусть они отвечают.

Гоблины смотрят на меня так влюбленно, что хочется спрятаться за Арена. Просто так, на всякий случай. И подальше от их специфического запаха.

Элоранарр чуть не рыдает, фыркает:

— Вдохновительница, достойный пример для подражания.

Император грозно взглядывает на него, но на Элоранарра это традиционно не действует.

Самый морщинистый гоблин складывает ладони вместе и лепечет:

— Валерия Великая, непревзойденная расхитительница сокровищ, позвольте выразить вам безмерное восхищение и благодарность за удивительный пример мужества, изворотливости и свершения невозможного, которые дали нам силы защитить свою поруганную честь.

— Что? — не понимаю я.

Элоранарр сквозь смех поясняет:

— Они подкоп в нашу сокровищницу и имперский банк сделали, казну свою украли. Насмотрелись на твой воодушевляющий пример расхищения сокровищницы Дегона и нагло сперли. Ой, Лера, точнее, Валерия Великая, не того в нашей семье за дурной пример ругали, ой не того.

К щекам предательски жарко приливает кровь.

— Мы вам памятник возвели, — восторженно сообщает гоблин. — Песни складывать начали, ваш подвиг останется в памяти нашего народа навсегда.

О да, навечно в памяти народной останется, как я обчистила сокровищницу Дегона. Ну Повелитель, ну удружил.

Ладно, не буду на котика злиться: это помогло спасти Пушинку.

— Не надо, — оглядываю гоблинов и сидящих на тронах императора с Ланабет, хмурюсь на смеющегося Элоранарра.