Еще несколько мгновений — и он накатывается на пушку, размалывает ее и тоже всасывает в себя.

Отчаяние раздирает сердце.

— Давай еще раз! — рявкаю я. — Нам надо ближе, надо подойти еще ближе, чтобы снаряд успел долететь!

— Лера, это очень опасно, — Арен прижимает меня к бронированному брюху. — Это мой дом, но Лера...

— У нас еще много пушек, — рычу я. — Давай следующую! Давай сразу несколько, кто-то да попадет!

В Арене жива надежда спасти Эеран, он хочет бороться, но... меня защитить он хочет больше.

— Арен, не смей сдаваться!

— А что нам делать?! — вскрикивает он. — Пушки стреляют слишком медленно!

— Надо идти до конца! Пока есть хоть малейшая возможность, пока мы можем сделать хоть что-то! Ты родился летать, а не ползать, так вперед!

— Лера...

Попадает в поле зрения костяной трон богини смерти Магарет с остекленевшим Огнадом в руках.

— Не смей даже думать о поражении! — ударяю Арена по бронированной груди и, вывернувшись, зависаю в воздухе. Арен пытается поймать меня и унести, но я уворачиваюсь от его лап, кричу: — Мысли материальны, они сковывают тебя. Освободись от них, думай, как победить. Есть не только мы здесь и сейчас, должны быть способы победить, просто обязаны быть.

— Я таких не вижу! — Арен злится и... ему больно, он не хочет покидать Эеран, но его чувства ко мне, страх за меня пересиливают все.

— Потому что мысленно ты уже поиграл! Поднимись над этим всем, раздвинь рамки привычного, и посмотри на проблему под другим углом.

Как же Арен мечтает спасти наш мир. От его чувств меня трясет. Отчаяние выжигает душу: Безымянный ужас расползается в стороны, надвигается на пушки, готовый поглотить все, что попадается на пути. Заранея улыбается, наблюдая за нашими тщетными попытками. А мы просто летаем вокруг, как какие-то букашки, а не драконы!

— Это невыносимо! — крик разрывает грудь, царапает горло. Наброситься бы на Безымянный ужас, царапать его, кусать, пинать! Стиснув кулаки, запрокидываю голову и выплескиваю наше с Ареном отчаяние в крике:

— А-а-а!"

"В теле еще звенит этот испепеляющий сердце крик, когда в разум проникает сипловатый, потусторонний голос.

«Так и быть, выстрелю, — маленький пистолет тяжко вздыхает. — Вели всем отлететь от тебя на километр. А лучше на два».

Глава 7

От изумления не знаю, что сказать.

«Да-да, ты не ослышалась. Шевелись быстрее».

— Арен, всем в стороны, радиус — два километра. Я буду стрелять из...

«Как тебя зовут?»

«Хаос».

— Хаос согласен выстрелить, — я вынимаю его из кобуры: маленький, почти изящный. Теплый и уютно лежащий в руке. Признающий меня и принимающий. — Спасибо.

«Особо не радуйся, до полноценного выстрела ты еще не доросла. Дракона своего предупреди, чтобы на земле сидел, и его родственники тоже пусть присядут, откат загасим через них, иначе ты не выживешь».