— А вы попробуйте! А если дело в общественном мнении, так запритесь дома, приготовьте, попробуйте и никому не рассказывайте, что нарушили каноны! Вам понравится!

— Что? — смеялась мадам. — Рецепт или тайное нарушение канонов?

— И то и другое, мадам! — смеялась вместе с ней Маша.

И конечно, их первый совместный Новый год!

— Дим, как будем Новый год встречать? — явно что-то задумав, спросила Маша.

— Поедем куда-нибудь, хочешь в Париж или еще куда?

— Ни в какой не в Париж! Поедем в Домину! Там красота невозможная — все в снегу!

— Значит, в Домину, — тая потихоньку от счастья, согласился Дима. — Я распоряжусь."

"— Нет, давай я распоряжусь! — хитро сверкая глазами, затребовала полномочий Мария Владимировна.

И развила секретную от него бурную деятельность: с кем-то перезванивалась, договаривалась, обсуждала что-то, шепталась с Осипом.

Дима не вмешивался в их заговоры, с нетерпением ожидая, что будет в результате.

Но тридцать первого Маша задержалась на работе, отмечая с коллегами, и они выехали поздно, после обеда. Она спала полдороги, положив голову ему на колени, Осип молчал-, не улыбался, парни во второй машине, видимо, тоже маялись, недовольные испорченным Новым годом вдали от родных. Маша, проснувшись, тоже молчала, смотрела в окно, а Дима переживал страшно, заподозрив, что у нее ничего не получилось, и прикидывая, как навставляет всем, кто испортил ей праздник.

И совсем помрачнел, когда они наконец доехали, уже в десятом часу, и Домина встретил их темными окнами и тишиной, разбиваемой доносящимися из пансионата предновогодними музыкой и весельем.

И он злился, думая, что Машку проигнорировали, обидели, не признав в ней хозяйку, подвели, решив завтра же с этим разобраться.

А она взяла его под локоть и попросила, как ему показалось, печально:

— Давай зайдем с центрального входа, там, наверное, очень красиво!

Они обошли дом, поднялись по ступенькам, постояли немного, посмотрели на замерзшую реку и вошли...

Зажегся свет, заиграла музыка, и все закричали «Ура!», приветствуя их!

И был огромный красивейший стол — мама, папа, Осип с дамой, Лев Семенович, Елена Ивановна, трое их внуков, верная Галочка с мужем и детьми, управляющий пансионатом с женой » двумя пацанами-погодками и даже жены и девушки его охранников.