Наследник престола Сандокан стал морским разбойником, чтобы отомстить иноземцам за то, что убили его семью и поработили его народ. Смелый и благородный воин, не знающий поражений, стал грозой восточных морей. Но каждую ночь во сне он видит золотоволосую девушку – и отправляется в логово своих врагов, на остров Лабуан. Его влечет самая драгоценная жемчужина острова – красавица Марианна, племянница губернатора.Также в книгу вошли романы «Пираты Малайзии» и «Два тигра» – продолжение приключений принца Сандокана.

Жемчужина Лабуана (сборник)

Никакая часть данного издания не может быть скопирована или воспроизведена в любой форме без письменного разрешения издательства

Переведено по изданию «I pirati della Malesia», di Emilio Salgari; Carroccio Editore; Bologna, 1964

© DepositPhotos.com / sellingpix, kunz, обложка, 2015

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», издание на русском языке, 2016

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», художественное оформление, 2016

© ООО «Книжный клуб “Клуб семейного досуга”», г. Белгород, 2016

Всю ночь над островом Момпрачем 20 декабря 1849 года бушевал неистовый ураган.

Черные облака, будто лошади, сорвавшиеся с привязи, неслись в темных небесах. Яростный ветер, казалось, с каждой минутой усиливается и усиливается. Бурный тропический ливень обрушивал на остров потоки воды. Шторм, бушующий третьи сутки, с пушечным гулом разбивал чудовищные волны о его каменистые берега.

Этот островок, лежащий в нескольких сотнях миль от западных берегов Борнео, известного также как Калимантан, имел дурную славу убежища грозных пиратов. Неудивительно, что он пользовался дурной славой у моряков. Но сейчас он казался необитаемым. Ни в хижинах, что прятались от гнева стихии под сенью огромных деревьев, ни на судах, замерших на якоре посреди бухты, ни в темных рощах, окруживших поселение пиратов, не было видно ни огонька. Лишь на восточном мысу, скалистой оконечности острова, выдававшемся далеко в море, мерцали две точки – два ярко освещенных окна.

В доме, одиноко стоявшем среди полуразрушенных укреплений, в одиночестве сидел у стола мужчина. Самый глухой час ночи, казалось, был для него ничем не хуже светлого дня. Это был человек лет тридцати, смуглокожий, с лицом энергичным и мужественным, исполненным восточной, чуть суровой красоты. Его черные, как смоль, вьющиеся волосы длинными прядями падали на плечи, коротко подстриженная борода подчеркивала слегка впалые щеки, а крутые брови, точно две арки, подпирали высокий лоб, выдавая недюжинную смелость и отвагу.

Справа у стены стоял турецкий диван, а напротив – заваленная нотами старинная фисгармония.