Он посмотрел вслед отъехавшей машине, перечислил мысленно, что надо срочно сделать, стал набирать номер на мобильном, остановился и нажал отбой. Успеется. Ничего горящего, требующего немедленного решения, нет, не хочет он работать сегодня!

— Осип, пошли выпьем по пять грамм!

Раскинувшись на стуле, нога на ногу, в позе ленивого хищника после удачной охоты, хорошо поевшего, взявшего свою самку, знающего, что осталось еще полбуйвола на завтра, Дмитрий Федорович Победный пребывал в благости и полном удовлетворении жизнью.

— Женился бы ты, Дмитрий Федорович, на Марии Владимировне, — предложил Осип на правах друга, а не подчиненного.

Осип Игнатьевич, напереживавшийся за обоих, пока у них тут сладилось, тоже был близок к благости, но менее расслаблен.

— Да? — довольно спросил Дима. — А что ты будешь делать, Осип Игнатьевич, когда она рванет в экспедицию на раскопки? Или вон в Китай преподавать? Оцепишь солдатиками территорию раскопок? Или вывезешь Китайский университет в Москву?

— Разберемся, — пообещал Осип, небрежно махнув рукой. И вдруг подскочил одним непрослеживаемым взглядом движением, от которого отлетел стул, и, на втором шаге бега, крикнул: — Дима!

Диме понадобилось секунды три, чтобы осмыслить смену кадра, крик Осипа и рвануть за ним. Осип орал в микрофон на бегу:

— Да не выбьете вы ее ни хрена! Вниз! На стойке есть запасной ключ! Быстро! И не пускайте на этаж администрацию и охрану их долбаную!

— Что? — догнал Осипа Дима.

— Бывший муж!

Диме не надо было объяснять, чей бывший муж и что происходит, — он предположил самое страшное. Кровь шибанула в голову!

— Твою мать! — заорал Победный."

"Они не сели в машину, ждавшую их с заведенным мотором, а влетели головой вперед, закрывая дверцы, когда джип уже несся вперед, и выскочили из еще не остановившегося автомобиля, когда, визжа тормозами на повороте, джип подлетел к входу в корпус.

— Осип Игнатьевич! — сунулась было перепуганная администратор в холле.

— На этаж никого не пускать! — рявкнул на бегу Осип.

Проигнорировав неторопливо, с достоинством ездивший лифт, они помчались по лестнице, перескакивая через три ступеньки. К двери номера Дима с Осипом подбежали в тот момент, когда опередивший их на пару секунд запыхавшийся от стремительного бега вниз-вверх Олег запасной карточкой-ключом, взятой у администратора, открывал кодовую дверь.

Дима вбежал первым и, не сбавляя скорости, метнулся на голос в спальне.

У Маши кончались силы. Юра, подогреваемый алкоголем, агрессией, помутившей разум, ненавистью и желанием наказать, разорвал на ней юбку, футболку, но она кусалась, царапалась, а когда он занес руку для очередного удара, вцепилась в его щеку с такой силой, что стало больно ногтям.