— Что вы говорите? Как деньги брать с каждого — так это вы быстренько, а как предупреждать, то сразу нет возможности? Мошенники! Сволочи! Паразиты! — кипятился мужчина.

— Успокойтесь, прошу вас. Поймите, пожалуйста, таковы правила.

— Имел я вас и ваши правила!

Мужчина яростно смял счёт в кулаке и швырнул в меня. Бумажный шарик угодил мне прямо в лоб. Я от неожиданности охнула и отшатнулась. Все вокруг притихли.

Клиент всегда прав, напомнила я себе непреложное правило, подавляя приступ гнева. Затем как можно невозмутимее, произнесла:

— Извините, но мы не сможем продолжать диалог в таком духе.

— Вы ещё попомните у меня! — он нацелил в меня палец, как пушку. — Я это так не оставлю. Я в Роскомнадзор пойду. Вы у меня все ещё попляшете!

С этими словами он стремительно вышел, хлопнув дверью. Мне стало неловко перед девочками и другими клиентами, которые с любопытством и ужасом наблюдали за этой сценой.

Я вернулась к себе. После его ухода остался неприятный осадок. Зато этот скандалист меня отвлёк, взбодрил и ещё больше облегчил решение уволиться.

За полчаса до конца рабочего дня секретарша Лидочка позвонила мне на внутренний и оглушила:

— Ксения Андреевна, вас вызывает к себе Илья Сергеевич.

Она, наверное, поняла моё гробовое молчание неверно и поспешила напомнить, кто это:

— Наш новый коммерческий директор.

— Сейчас поднимусь, — глухо ответила я и положила трубку. Приплыли…

Боже, что ему нужно? Разве воспитанные люди в таких случаях не должны сделать вид, что ничего не было? Это ведь просто досадное недоразумение. Мне и так безумно стыдно. Зачем же ещё копаться в этом?

Но делать нечего — пошла.

Что он мне скажет? А мне ему что говорить? Наверное, стоит извиниться за то, что приняла его за жиголо. Да, обязательно извинюсь. Как ни крути, я его всё-таки оскорбила, хоть и невольно.

Лидочка встретила меня сочувствующим взглядом.

Я остановилась перед дверью с позолоченной табличкой: Крамер И.С. коммерческий директор. А утром её ещё не было…

Постучавшись, я открыла дверь и переступила порог, чувствуя, как дрожат поджилки и к лицу опять приливает жар.

Я еле заставила себя поднять на него глаза и напоролась на его недовольный взгляд. Попыталась улыбнуться, прежде чем просить прощения. Но он почему-то помрачнел ещё больше, посмотрел на меня почти с ненавистью.

Извиниться я не успела. Едва присела на краешек стула, как он ледяным тоном произнёс:

— Ксения Андреевна, я считаю, что вы нам не подходите.

Вот такого заявления я никак не ожидала. У меня аж дар речи на несколько секунд пропал.

— Я уверен, вы сумеете найти применение вашим… способностям где-нибудь ещё. Но в моей команде вам не место.

— Я не поняла, вы что же, уволить меня хотите? — хлопая глазами, вымолвила я наконец.