Зато для духа, помощника божества, это раз плюнуть. Точнее, как орешек раскусить, как иногда говорит Чейл.

– И что зрелые дамы? – спросила я, искренне интересуясь последствиями проделки Чейла. – Били охальника веером?

– Некоторые – да.

– А охрана что? Быстро его скрутила?

Фарийский фыркнул:

– Нет. Графиня Борликея сориентировалась быстро: увезла парня с приема.

– Повезло ему.

– Не сказал бы. – Фарийский осенил себя знаком, отвращающим нежить. – Ей хорошо за сотню, вдовела шесть раз. Мой осведомитель отметил, что карета графини направилась в храм.

– О! Неужели профессиональный соблазнитель станет мужем профессиональной вдовы?

– Посмотрим.

Но наказание для гаденыша получилось эффектным.

Полностью согласна. Интересно, Чейл планировал подобное развитие событий?

Мы шли по дорожке между аккуратно остриженных кустов ароматного каарита. Шли, мирно беседуя. Очень непривычно. Может, я зря шарахаюсь от Фарийского? И мстить за прошлое он не собирается?

Идиллия продлилась до дверей.

– Зея, не забудь забрать с собой ученицу! – строго произнес маг. – Пусть она ловкая и хитрая, но без тебя в этом змеином клубке ей лучше не оставаться.

Какой заботливый… папочка!

Меня почему-то разобрала злость. Он считает меня плохой матерью? Матерью, которая может бросить дочь в опасном месте?

Стоя на пороге, я кивнула:

– Хорошо, я подумаю.

И быстро захлопнула дверь.

Послышался глухой удар.

Ха! Пусть себе злится, мешать не буду!

Немного отдохнув возле двери и совладав с эмоциями, я достала из кармана записку, которую незаметно вручила мне одна из невест принца.

«Ты сменила цель самовольно. Первая недовольна тобой. Одумайся».

Первая недовольна мной? Ах, какая жалость! Сейчас разрыдаюсь от ужаса.

Шутка. Можно подумать, что хоть когда-то Первая была довольна моими поступками.

А цель… Я ее не меняла, просто отказалась выполнять глупое требование.

То, что мне поручили лет двадцать назад, уже неактуально. Более того, повредит общему делу.

– Скучаешь?

Сквозь стену просочился бледно-голубой бурундук. Ловко вскарабкался по покрывалу на кровати, разлегся на подушке и там потемнел, обретая краски жизни.

– Если покушение на магистра – это скучно, то да.

– Покушение? И без меня? – Чейл всплеснул когтистыми лапками.

 – Рассказывай скорее!

– А ты потом расскажешь, что сделал со своим поклонником.

Куратор закивал.

– Договорились. А сейчас хватит меня мучить, Эффи, рассказывай!

Чейл долго хихикал, узнав, что я сняла с лорда Торвеолы штаны, и посерьезнел, когда речь зашла об озабоченности Фарийского безопасностью мнимой дочери.

– Забавно, что вы ругаетесь из-за несуществующего ребенка, – тихо произнес Чейл. – Но не веселит рана в душе мага. Он хороший человек, Эффи, у Вечного на него грандиозные планы.