– О, Вирджиния, какой ты ребенок! Это одно из самых обворожительных твоих качеств: ты можешь превращаться из очень серьезной молодой женщины в дитя, нежность которого затрагивает самые чувствительные струны сердца. Скажи мне то, что должна сказать, Вирджиния. Я не стану сердиться.

– Ты обещаешь… что бы это ни было?

– Не могу представить, чтобы я сердился на тебя, – сказал он, – но если это доставит тебе удовольствие, то обещаю.

– Тогда, Себастьян, – произнесла Вирджиния, и голос ее был так тих, что он с трудом расслышал ее слова. – Задашь ли ты мне тот вопрос… ради которого приехал сюда… если необходимо, просить меня… на коленях?

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – пожал плечами герцог.

– Ах, Себастьян… – Вирджиния колебалась. – Ты часто говорил, что… что я… кажусь честной… и искренней, но… на самом деле… я обманывала тебя.

– О чем ты толкуешь? – грубо спросил герцог. – Обманывала меня? С кем? Не существует, не может быть другого мужчины в твоей жизни.

Он с такой силой схватил ее за руку, что его пальцы впились в мякоть ее кожи.

– Единственный мужчина в моей жизни, – прошептала Вирджиния, – это ты… мой муж!

Несколько секунд герцог смотрел на нее так, будто она сошла с ума. Постепенно его хватка ослабла. Он отступил на шаг, его лицо побледнело.

– Ты пытаешься сказать мне, – спросил он, и казалось, слова застревают в его горле, – что ты моя жена?

– Это… так, – пролепетала Вирджиния. – О, Себастьян, ты… обещал мне… не сердиться.

– Не знаю, что я чувствую, – смешался герцог. – Не в силах представить ничего подобного. Но моя жена была…

– Толстой и ужасной на вид, – прервала его Вирджиния. – Но все же она – это я. Я не могла не быть такой, я была больна. Моя мать считала, что, пичкая меня различными деликатесами, она сделает меня сильной. А вместо этого разрушала мое здоровье. Зная, как я выглядела, мы с тетей не сомневалась, что ты не узнаешь меня.

– Так ты приехала в Англию, чтобы шпионить за мной? – сурово спросил герцог.

– Вовсе нет, – возразила Вирджиния. – Я приехала в Англию потому, что я… я ненавидела тебя, потому, что я презирала тебя, потому, что я… хотела… получить развод!

– Ты хотела получить развод! – недоверчиво повторил герцог.

– Ты думаешь, я хотела выходить за тебя замуж? Я ненавидела и отвергала это предложение, но моя мать заставила меня согласиться. Или я выйду за тебя замуж, или проведу семь лет жизни в исправительном доме.

– Не могу в это поверить!

– Моя мать была снобом. Она так сильно хотела, чтобы ее дочь стала герцогиней, что ничто не могло остановить ее.

– Вот уж не думал, что такое возможно.

– А когда мне стало лучше, когда тетя спасла меня от смерти или от сумасшедшего дома, – продолжала Вирджиния, – я хотела только одного: избавиться от тебя.