– И на маникюре ты не была?

– Не-ет, конечно. Я весь день с цветами возилась, в земле.

– И к Максиму на работу ты не заезжала?

– Нет, Маня. Я вернулась вечером и… узнала. Всё кончилось. Вся моя жизнь.

– У тебя дети, – вяло проговорила Маня, понимая, что говорит ерунду.

Никто никого никогда не заменит. Никто не придёт назад.

– Он был один, – продолжала Маня. – Когда я приехала иконы смотреть. Сказал, что жена ещё не вернулась. И домоправительницы тоже нет. Мне так понравилось это слово – домоправительница!..

Женя покивала.

– Рита со мной весь день была, мы вместе цветы сажали. Она огородница знатная, а я… так. Садовод-любитель.

Маня посмотрела на неё.

– То есть ты в то воскресенье была с Ритой?…

– Ну да. Она мне помогала цветы сажать. А что?

– А то, что это называется алиби.

Женя махнула рукой.

– Маня, зачем мне алиби? Я его не убивала. И все соседи нас видели, мы весь день с цветами на улице возились.

У Мани Поливановой с плеч свалилась гора.

Нет, не гора, а свинцовая плита, которая придавливала её к земле.

Она вдруг задышала, и боль с левой стороны моментально унялась.

– Женечка, – сказала она жалостливо, – бедная моя!..

И они заплакали уже вдвоём.

Поплакав, Маня ощутила в себе необходимость немедленно довести дело до конца.

– Хорошо, – сказала она решительно и поднялась с дивана. – Ладно. Ты прости, но я тебя подозревала до последнего!

– Это ничего.

– Вчера вечером Елена Васильевна звонила?

Женя вытерла глаза и посмотрела с удивлением:

– Звонила, а откуда ты знаешь?…

– Что она сказала?

– Обещала утром заехать и что-то мне передать. А утром следователь позвонил и…

– Я знаю, – перебила Маня. – Что было дальше, я знаю. Женя, ты должна мне сказать.

– Что именно, Маня?"

"– Последнее усилие, – пообещала писательница. – Кто был его любовницей? Женя, мне нужно!..

– Я не знаю. – Женя покачала головой. – И он не говорил, и я не спрашивала.

– И вокруг никто не проболтался?

– Нет.

– Какие прекрасные у него друзья, – пробормотала Маня. – Мне срочно нужно уехать. Я скоро вернусь, без меня не обедайте!

И её трость застучала по ступеням лестницы.

Женя осталась одна.

Второй раз за этот день Маня, вбежав в офис «Регионстальконструкции» – вот название, господи помилуй! – сообщила охранникам, что она «к Сорокалетову».

…Только бы он оказался на месте, только бы не уехал в теннис играть или ещё куда-нибудь разгонять тоску!..

Звонить она не стала. Почему-то ей было страшно ему позвонить.

Роман сидел за столом, стиснув голову руками, и что-то мычал сквозь зубы.

– Маня?! Ты же уехала! Я тебя отправил! Опять поставщики дурят, ты посмотри! Макса нет, и они как взбесились!

Маня закрыла за собой дверь.

– Ромка, кто был любовницей Максима?

– Вот те на!

Маня замотала головой.