Нащупываю пальцами сумочку и ныряю туда в поисках пудреницы, замазать хочу опухшие глаза…

А пальцы ухватываются за тест, сжимают и всхлип слетает с губ.

Я пришла, чтобы сообщить о нашем счастье… Он том, что ребеночек будет, а в итоге увидела то, что увидела…

Если бы я не решилась прийти, а дождалась Мишу, как бы было тогда?

Он бы любил меня после нее?

Прикасался бы ко мне, и я бы так ничего и не поняла…

Прикрываю веки. На мгновение накатывает трусость и хочется поверить, что ничего не было, что не видела…

Но… себя не обманешь. Михаил хотел ко мне всего лишь прикоснуться, как я отшатнулась словно от прокаженного.

Как раньше уже не будет. Никогда не будет. Он порушил все. По щелчку пальцев он уничтожил все самое светлое, самое доброе, что было между нами, убил мою веру в него, в нас, в наше будущее…

“Нас” не осталось. Есть я и есть он…

Так и не вытаскиваю тест из сумки. Моя тайна осталась со мной. Нащупываю кругляш и достаю. Открываю и заглядываю в зеркальце. Разглядываю себя. Глаза красные и опухли и счастья там больше нет…

Еще утром мне казалось, что взгляд горит, будто прожекторы включили, а сейчас…

Бесконечная грустная сероватая мгла…

Провожу по щекам и под глазами пудрой. Стираю следы. Не хочу радовать кого-то своим убитым внешним видом. Захлопываю пудреницу и встаю. Я бы хотела, чтобы у меня был ластик, которым и жизнь можно вот так вот подтереть, прошлое обесцветить…

Но его, увы, нет…

И где-то в глубине души я ощущаю, что мне еще не больно. Первая анестезия сработала. Защитный механизм организма, но боль… она придет, она ударит так, что практически сломает мне хребет, потому что я жизни не видела без моего Миши…

У нас с ним любовь с первой секунды, с первого взгляда…

Не знаю, бывает ли так, чтобы человека увидеть и все…

Время останавливается и только взгляд глаза в глаза…

Так было у нас с ним, я замерла, даже двинуться не могла, а он… он смотрел на меня долго-долго и вдруг улыбнулся…

Красивая улыбка, сексуальная, не оставляющая безразличным ни одно женское сердце…

Встаю из кресла и закидываю сумочку на плечо.

Не хочу вспоминать, не хочу знать, как хорошо все между нами было…

Потому что все ложь…

Сколько он уже с Тиной болотной?

Сколько времени она потешается надо мной, когда после нее он идет ко мне?

Жмурюсь и дышу. Говорят, при стрессе нужно глубоко дышать, чтобы организм кислородом насытить. А что делать, если твой кислород перекрыли?

Улыбаюсь своим мыслям, разворачиваюсь и иду к дверям. Выхожу из вотчины своего мужа, чтобы столкнуться взглядом с высоким крепким мужчиной.

– Здравствуйте, Яна Владимировна, – кивает и бросает на меня внимательный взгляд.

Сканирует, можно сказать, мое лицо."

"– Здравствуйте, Кирилл, – отвечаю и голос мой звучит холодно.